Сайт для Вас! — У нас так заведено, — Тамара Сергеевна промокнула губы салфеткой, оставив на белоснежной ткани след дешевой помады цвета «бешеная фуксия». — В нашей семье младшие всегда берут на себя организацию юбилея старших.
Это вопрос уважения.
Я взглянула на мужа.
Вячеслав спокойно нарезал стейк, не поднимая глаз.
Он отлично понимал этот тон матери.
Это был тон «мне нужно всё ваше, и желательно немедленно». — Я бы уточнила, — произнесла я, откладывая вилку. — У кого именно «у нас» и, главное, за чей счёт этот банкет уважения?
Свекровь театрально вздохнула.
В этом вздохе была вся печаль мира по утраченному благородству, которое, кстати, в её биографии никогда и не мелькало.
Тамара Сергеевна всю жизнь трудилась в отделе кадров районной поликлиники, но вела себя так, словно проиграла фамильное поместье в Ницце в карты. — Марина, ты опять сводишь всё к деньгам.
Это слишком… мещански, — она поморщилась, глядя на мой новый маникюр. — Речь идёт о душе.
О родовой памяти.
Мне скоро шестьдесят.
Это значимая дата.
И я хочу собрать всех.
Тетю Людмилу из Золотоноши, племянников из Чернигова, моих девочек с бывшей работы… Примерно человек тридцать. — Тридцать, — наконец произнёс Вячеслав. — Мам, у нас ремонт в ванной в стадии «сбили плитку, обнаружили плесень».
Какой юбилей на тридцать человек? — Вот именно поэтому я и говорю! — Тамара Сергеевна хлопнула ладонью по столу.
На её пальце сверкнул перстень с фианитом размером с перепелиное яйцо. — Вы погрязли в бытовухе!
А праздник — это святое.
Ресторан я уже выбрала. «Каролино-Бугаз».
Там замечательная лепнина, она подходит к моему тону лица.
Мы с мужем обменялись взглядами. «Каролино-Бугаз» был местом, где цены на воду заставляли пересмотреть отношение к жажде. — Бронь на чьё имя? — спросила я, ощущая, как внутри пробуждается профессиональный аудитор. — На твоё, разумеется, — свекровь улыбнулась, оголяя ряд металлокерамики. — У тебя голос более представительский.
И, кажется, у твоей начальницы там есть скидочная карта.
Я уже всем позвонила.
Гости приедут в пятницу.
Жить, конечно, будут у вас.
Не в гостинице же родную кровь селить?
У нас так не принято.
Вечер мгновенно перестал быть спокойным.
Вячеслав аккуратно положил приборы.
Он не покраснел и не закричал.
Он просто стал похож на человека, который собирается уволить нерадивого сотрудника. — Нет, — сказал он. — Что значит «нет»? — Тамара Сергеевна застыла с чашкой чая у рта. — Никакого «Каролино-Бугаза».
Никаких тридцати гостей в нашей квартире.
И никакой оплаты твоего праздника из нашего бюджета.
Свекровь медленно поставила чашку.
Фарфор прозвенел о блюдце, как выстрел. — Ты отказываешь матери? — её голос завибрировал на низких частотах. — Родной матери в её день?
Марина, это твоё влияние?
Ты его настроила?
Конечно, тебе-то своих денег не жалко, только на тряпки… — Тамара Сергеевна, — я говорила тихо, но уверенно. — Давайте взглянем на факты.
