Галина машинально засунула руки в рукава. — Дима, подумай, — сказала она.
Это же я.
Твоя мама. — Именно поэтому ты должна была поступить иначе.
Он взял телефон и вызвал такси.
Галина всхлипывала, тихо бормоча про неблагодарность. — Такси будет через пять минут.
Подожди внизу. — Ты меня выгоняешь? — спросила она. — Да, — ответил он, открывая дверь. — Выгоняю.
Пока не научишься уважать мою жену.
Галина ступила на лестничную площадку.
Обратилась с полными слёз глазами: — Я тебе этого не прощу. — Как хочешь.
Дверь захлопнулась.
Дмитрий прислонил лоб к двери и глубоко вздохнул.
Потом выпрямился и вернулся в комнату.
Гости сидели в напряжённой тишине.
Аня смотрела на отца широко раскрытыми глазами. — Прости меня, — произнёс Дмитрий. — За всё, что здесь произошло.
Ирина первой заговорила: — Дима, ты поступил правильно.
Владимир кивнул.
Крестная обняла Аню за плечи.
Тамара сидела растерянная.
Муж обратился к ней: — Прости меня.
Нужно было сделать это раньше.
Жена молчала.
Слишком много переживаний.
Праздник был испорчен, это было очевидно.
Гости быстро доели и стали собираться.
Ирина шепнула Тамаре на прощание: — Держись.
Ты молодец.
Когда все ушли, семья осталась втроём.
Аня первой нарушила тишину: — Пап, а бабушка теперь не придёт?
— Не знаю, дочь.
Возможно, придёт, когда осознает, что была не права. — А если не осознает?
Дмитрий пожал плечами: — Тогда не придёт.
Тамара начала убирать со стола.
Руки двигались автоматически.
Муж помогал.
Аня тоже включилась в уборку.
Контейнер с оливье так и остался нетронутым.
Тамара взяла его и понесла на кухню.
Открыла, посмотрела.
Обычное оливье, как тысячи других. — Выбросить? — спросил Дмитрий.
— Нет.
Завтра доедим.
Они молча доубирали.
Аня ушла в свою комнату с планшетом.
Супруги остались вдвоём на кухне. — Как ты? — спросил муж.
— Не знаю, — села на стул Тамара. — Это какой-то шок.
— Я должен был сделать это раньше.
Прости.
— Ты не виноват.
