— Переведи только продукты. — Почему вы… собственно, купили долю? — Ольга сама удивилась, что задала этот вопрос. — Ведь это проблемная недвижимость.
Марк пожал плечами и уселся на табурет напротив. — Год назад вернулся с севера на день раньше.
А там… в общем, жена была не одна.
Завела роман.
Развелись.
Квартиру оставил ей, чтобы не тратить время на суд.
А накопленные деньги решил вложить во что-то.
На всю квартиру не хватило, взял долю.
Мне просто нужен угол, где можно бросить рюкзак и нормально выспаться.
Он рассказывал просто, без эмоций, глядя на свои крупные, покрытые мозолями ладони.
Ольга слушала, и ее собственный страх перед этим большим, чужим человеком постепенно исчезал.
Между ними завязалось общение.
Без долгих душевных разговоров, просто короткими репликами за утренним чаем.
Марк починил капающий кран на кухне, который Игорь игнорировал шесть месяцев.
Ольга в ответ начала готовить супы на двоих.
В квартире, где раньше висел тяжелый воздух претензий и упреков, внезапно воцарился покой.
Прошел месяц.
Марк собирал рюкзак для очередной вахты.
В прихожей стоял запах обувного крема и суеты перед дорогой.
Ольга стояла рядом, не зная, куда деть руки.
Ей не хотелось, чтобы он уезжал.
С ним было безопасно. — Через четыре недели вернусь, — сказал он, закидывая рюкзак на плечо. — Замок вчера поменял, ключи новые на тумбочке.
Если что-то сломается — пиши, вызову мастера.
Он уехал.
Квартира опять опустела, но теперь это одиночество не давило.
Ольга впервые за долгое время купила новое платье — простое, темно-синее, в отличие от привычных бесформенных водолазок.
Она начала замечать, как приятно пахнет выпечка в пекарне у метро, как листья шелестят под ногами в сквере.
Она возвращала саму себя.
Вечером среды, когда Ольга поливала фикус на подоконнике, в дверь настойчиво позвонили.
Замок щелкнул, и она приоткрыла дверь, оставив ее на короткой цепочке.
На лестничной площадке стоял Игорь.
Выглядел он плохо.
