Они немного поговорили с Дариной, а затем отправились спать.
На кухне Людмила наливала подруге чай с медом, поставила рядом тарелку с печеньем и конфетами, после чего внимательно взглянула на Ольгу: — Ну?
Расскажи, что произошло.
Ольга долго молчала.
Сначала просто сидела неподвижно, потом губы дрогнули, и она разрыдалась.
Плечи дрожали, словно у ребенка, которого наконец отпустили домой после долгого и страшного дня. — Я постоянно терплю… — произнесла Ольга сквозь слезы. — Его тон, его насмешки.
Как он при дочери называет меня «нахлебницей», «левым пассажиром».
Я все это проглатываю, но в последнее время он стал хватать меня за руки, за горло, просто толкать.
Я больше боюсь не за себя, а за Дарину.
Людмила слушала молча, однако с каждой новой фразой подруги ее глаза становились все шире. — Ольга… тебе давно следовало развестись.
Как ты могла так долго терпеть такое свинское отношение? — Я знаю, — кивнула Ольга. — Я уже начала искать съемное жилье в Нежине.
Найду, как только получу аванс.
Я не могу так… жить в страхе, ждать, когда он окончательно сойдет с ума.
Людмила вдруг нахмурилась и с обидой сказала: — Ты что, хочешь меня обидеть?
Какая квартира?
Живите у меня сколько угодно.
Месяц, два, хоть полгода.
Это не обсуждается.
Я не позволю тебе скитаться с ребенком по чужим углам, пока этот кретин будет вас искать.
Ольга сквозь слезы улыбнулась.
Впервые за долгое время она ощутила — она не одна.
Утром она проснулась раньше всех.
В телефоне — пять пропущенных звонков от Виктора.
Сообщения шли одно за другим: «Ты правда решила так меня кинуть?» «Ты о дочке подумала?» «Вернись, пока я сам не пришел за тобой.
Это последнее предупреждение.» Руки снова задрожали, но она не стала отвечать.
Дарина осталась дома — Ольга решила не вести ее в школу и объяснила учителю, что дочь заболела.
Кто знает, что может вытворить Виктор, если явится туда.
К обеду она все же собралась с силами и позвонила матери.
Нина Петровна быстро сняла трубку: — Ольга? — Мам, я больше не могу молчать.
Мы ушли от Вити.
И навсегда.
Я собираюсь подавать на развод.
Мать молчала всего несколько секунд, словно переваривая услышанное.
Потом выдохнула: — Слава Богу, — прошептала она. — Где вы сейчас? — Неважно.
Главное, что не у него.
Ты не переживай, мы в безопасности. — Я не переживаю, Ольга.
Я горжусь тобой.
Не беспокойся ни о чем, я всегда помогу.
Многие из их общих знакомых знали о непростом характере Виктора.
Некоторые удивлялись, как Ольга столько лет выдерживала этот брак.
Кто-то говорил это открыто, кто-то — тихо за спиной после совместных встреч.
В кругу родственников уже давно ходила негласная шутка: «Только святая женщина может жить с таким мужиком».
Но даже у святых, как оказалось, есть предел.
Когда Ольга подала заявление на развод, Виктор буквально сошел с ума.
Он звонил ей десятки раз в день.
Затем стал искать ее на работе — приходил с букетом и угрозами одновременно, устраивал сцены в коридоре, пока охрана не выводила его.
Несколько раз заходил в школу Дарины.
Потом начал дежурить у дома тещи.
Ольга была к этому готова.
Она это предчувствовала и попросила начальницу найти ей замену, объяснив ситуацию.
Директриса оказалась понимающей, но страх все равно не отпускал.
Она боялась, что однажды просто не успеет закрыть дверь.
Была суббота.
Муж Любы, Игорь, пригласил на ужин своего старого друга Алексея.
Они дружили с юности.
Алексей был юристом и помогал Игорю с оформлением его бизнеса.
Высокий, спокойный, с выразительными глазами и голосом, полным уверенности. — Ольга, знакомься — это Алексей.
Очень хороший человек.
И просто удача, что он сегодня у нас, ведь он — юрист. — Очень приятно, — ответила Ольга.
Она не собиралась делиться личным, но Людмила уже подробно пересказала всю ситуацию, не спросив разрешения.
Алексей глянул на нее серьезно: — Я слышал.
У вас довольно сложная ситуация.
