Что-то внутри сжалось, но Ольга предпочла молчать.
Она вытерла руки о фартук, медленно повернулась и приступила к раздаче ужина по тарелкам. — Может, ты наконец что-то скажешь? — резко схватил жену за руку Витя, и поварешка выскользнула из ее пальцев, разбрасывая кусочки фарша по полу.
Ольга вздохнула и уставилась в глаза человеку, который совсем не напоминал ее мужа. — Отпусти! — потребовала она, пытаясь вырваться из его крепкой хватки. — Отпусти! — крикнула громче.
Но Витя не отпускал и наслаждался своей властью. — Ты никто, поняла?
И всю жизнь будешь подчиняться мне.
И никаких команд типа «забери дочь» больше не будет.
Слышишь? — Слышала… — тихо ответила Ольга, почувствовав, как рука мужа ослабляет захват.
Она собрала волю в кулак, подняла поварешку, убрала с пола и продолжила накладывать ужин под пристальным взглядом Вити.
Затем, не теряя самообладания, направилась в комнату дочери.
Дарина сидела в наушниках, смотря ролик на телефоне.
Ольга осторожно сняла с нее один наушник, чтобы не напугать, и прошептала: — У отца опять приступ.
Тихо собери самое необходимое.
Я все устрою, и мы тихо уйдем… Дарина кивнула — она уже знала этот тон мамы.
За десять лет они пережили многое.
Но когда мама просила собираться, слушаться было обязательно.
Екатерина достала из холодильника закуски и взяла с верхней полки бутылку коньяка, оставленную для особого случая.
Иногда именно этот момент требовал такого.
Она наблюдала, как Витя с жадностью ел ужин и запивал его коньяком, не отрываясь от телевизора.
На экране шла дурацкая комедия, время от времени вызывающая его улыбку.
Ни малейшего признака раскаяния.
Скорее напротив — ощущение победителя, который «воспитал жену».
Ольга уже не боялась.
Лишь холодный расчет и спокойствие, словно у хирурга перед сложной операцией.
Пока Витя смотрел телевизор, она быстро переоделась: надела джинсы, кофту и теплую куртку.
Взяла сумку с документами, небольшой рюкзак с вещами и кошелек.
На цыпочках вернулась в комнату к Дарине — та уже была готова.
Куртка, запасное белье и учебники.
Небольшой рюкзак на плечах. — Тихо, — прошептала Ольга. — Пойдем.
Они бесшумно покинули Нежин.
Ольга до сих пор помнила, как в детстве пробиралась мимо спящей бабушки, чтобы та не заметила ее уход к подруге.
Сейчас ситуация была похожей.
Только ставки значительно выше.
У подъезда Дарина наконец заговорила: — Мам, куда мы в этот раз?
— Пока не знаю, котенок.
Главное — не сюда.
К бабушке пока не поедем.
Она вспомнила, как Нина Петровна, ее мать, в прошлый раз, вытирая слезы, сказала: — Если вы еще раз придете после его срыва — останетесь навсегда.
Я больше не пущу тебя обратно.
Жить с таким человеком опасно.
Нельзя предугадать, чего ждать от него.
Ольга тогда кивнула, обещала, что все изменится, но ничего не изменилось.
Они с дочерью сели в машину.
Ольга завела двигатель, выехала на дорогу и проехала несколько кварталов подальше от дома.
Припарковавшись на тихой улице под фонарем, она заглушила мотор.
На руке уже проявлялся синяк — след от крепкой хватки Виктора.
Она осторожно потерла его — словно пыталась стереть не только боль, но и воспоминания.
Дарина тихо дышала рядом.
Женщина посмотрела на нее — она заслуживала другого детства.
Затем Ольга достала телефон и открыла список контактов.
Пальцы дрожали, но она точно знала, к кому обратиться. — Алло, Люба? — голос Ольги звучал тише обычного. — Привет, моя хорошая!
Как ты? — радостно ответила подруга. — Я… мы с Дариной.
Можно мы приедем к тебе на ночь?
Я потом все объясню.
Просто… нам сейчас нельзя домой.
На том конце последовала короткая пауза. — Конечно, приезжайте.
Все ли у вас в порядке? — Почти, — тихо сказала Ольга. — Расскажу при встрече.
Она снова завела двигатель.
Люба встретила их в уютной пижаме с хвостиком на макушке и теплыми объятиями.
Дарина вежливо поздоровалась и, почти не снимая куртки, прижалась к маме.
Ольга ощущала, как ребенок сдерживает слезы. — Идем, зайка, — прошептала Людмила. — Сейчас устроим тебе уютное местечко для сна, а потом мама с тетей Любой поболтают на кухне.
Они оборудовали спальное место в комнате дочери Любы — Дарины, которая была рада пообщаться с ровесницей.
Дарина переоделась в домашнюю одежду.
