Ей было физически тяжело находиться в этом месте, вдыхая сладковатый воздух чужого праздника, однако она переборола свою гордость.
Без лишних слов сразу перешла к сути: — Ольга, я пришла к вам с одной просьбой.
Правда ли, что Алексей возводит для вас новый большой особняк, а старый собирается продавать?
Ольга усмехнулась, небрежно разглядывая свежий маникюр. — Да, мы продаём.
Тот дом слишком мал и неудобен.
Кроме того, там всё напоминает о тебе.
Мне это не нужно.
Тамара сделала шаг вперёд.
В горле застрял ком, но она собрала волю и открыла свою душу этой чужой, холодной девушке. — Я умоляю, прошу вас!
Верните мне тот дом.
В нём выросла наша дочь и внучка.
Мне больше ничего не нужно.
Для Алексея эта сумма — капля в море.
Я не хочу конфликтовать.
Просто хочу вернуть дом.
Наступила напряжённая, звонкая пауза.
Ольга с наслаждением осознавала своё полное господство над этой взрослой, разбитой женщиной.
Она медленно подняла глаза, в которых горело надменное торжество, и, перейдя на «ты», резко бросила: — А ты купи!
В этот момент в глазах Тамары вспыхнули воспоминания.
Бинты, крики Алексея по ночам, запах дешёвых лекарств, её слёзы у его койки.
И резкий контраст между той страшной болью и этой сытостью девушки, пришедшей на всё готовое. — Знаешь… Ведь не ты его ждала из Ворохты, не ты терпела его истерики, — с глухой, дрожащей болью в голосе сказала Тамара.
Но Ольгу было невозможно растрогать.
Она лишь равнодушно пожала плечами. — Да.
Он таким стал не со мной, и что дальше?
Тамара сделала последнюю, отчаянную попытку достучаться хоть до крупицы её разума. — А ты не считаешь, что он так же поступит с тобой через 15 лет? — Через 15 лет он будет стариком.
К тому же, я родила ему наследника.
Это ведь не то же самое, что девочка! — с абсолютной, железной уверенностью в своей неприкосновенности ответила молодая мать.
Тамара опустила плечи.
Внутри всё выгорело дотла. — У меня и дочери нет денег, чтобы купить этот дом… Ольга раздражённо вздохнула, словно отмахиваясь от надоедливой мухи. — Я позвоню мужу и скажу, что ты мне надоела.
Уходи.
Я устала.
В конце концов проси Алексея сама… Тамара развернулась и тяжело, медленно направилась к выходу.
Когда её рука уже легла на дверную ручку, Ольга крикнула в спину с ядовитой, торжествующей усмешкой: — Стой!
Тамара, какая же ты глупая… Дверь захлопнулась.
Ольга удовлетворённо улыбнулась, убеждённая в своей полной победе.
Но радость длилась недолго.
Спустя пару часов в палату вошёл Алексей.
