Рекламу можно отключить С подпиской Дзен Про — тогда она исчезнет из статей, видео и новостей. Звонок раздался в субботу утром, как раз в тот момент, когда Тамара Сергеевна сидела на кухне за чашкой чая.
Она сначала не поняла, что кто-то звонит в дверь.
Отвыкла.
Пять лет одиночества — и начинаешь забывать многое.
Она поставила чашку на стол, вытерла руки о фартук и направилась к двери.
Шла неспешно.
И спешить было некуда, да и некому.
Соседка могла заглянуть за солью, но обычно она стучала.
Почтальон появлялся по вторникам.
Кто ещё?
Тамара открыла дверь — и застыла.
На пороге стояла Ольга.
Дочь.
В светлом плаще, с букетом астр в руках.
Она широко улыбалась, как в детстве, когда просила у матери деньги на кино. — Мама! — Ольга сделала шаг вперёд и тут же обняла её.
Крепко и тепло. — Мамочка, как я соскучилась!
Тамара осталась неподвижной.
Руки опустились вдоль тела.
Она пыталась вспомнить, когда в последний раз дочь обнимала её.
Год назад?
Два?
На похоронах отца Ольга плакала, но прижималась к мужу, а не к матери. — Олечка, — выдавила Тамара. — Что случилось? — Почему сразу что-то случилось? — Дочь заглянула ей в глаза.
Глаза блестели, а губы — те самые тонкие, которые при волнении сжимались в нитку — теперь улыбались. — Просто захотела тебя увидеть. — Заходи.
Чай будешь? — Буду.
Они направились в кухню.
Тамара сразу начала суетиться — достала вторую чашку, поставила чайник, полезла за вареньем.
Руки слегка дрожали.
Она посмотрела на свои руки — широкие кисти, короткие пальцы с плоскими ногтями — и не понимала, что происходит.
Дочь звонила раз в месяц, приезжала раз в полгода на час.
А теперь — астры, объятия, «соскучилась». — У тебя хорошо, — Ольга оглядела кухню. — Чисто.
Уютно. — Стараюсь. — Одной не тяжело?
В трёхкомнатной квартире-то?
Вот оно.
Квартирный разговор.
Тамара уже ждала этого. — Справляюсь. — Я не об этом. — Ольга подняла ладони. — Просто переживаю.
Шестьдесят восемь лет, одна.
Мало ли что.
Чайник закипел.
Тамара разлила чай и села напротив.
Она смотрела на дочь и не могла её узнать.
Куда пропала вечно торопливая Ольга с резкими движениями?
Перед ней сидела заботливая дочь.
Внимательная.
Ласковая.
Это казалось очень странным.
И очень пугающим. — Мам, я ведь зачем приехала, — Ольга сделала глоток чая. — У меня для тебя сюрприз.
Путёвка в санаторий.
Две недели, всё включено.
Я уже оплатила.
Тамара моргнула. — Путёвка? — Да!
Хороший санаторий за городом.
Чистый воздух, тишина.
Отдохнёшь, поправишь здоровье.
Тамара не могла вспомнить, когда последний раз отдыхала.
С мужем ездили в Трускавец — лет пятнадцать назад.
А потом — работа, пенсия, похороны, одиночество. — Дорого же, — сказала она. — Очень дорого, наверное. — Не думай об этом.
Это мой подарок. — С чего вдруг?
Ольга вздохнула. — Мам, я понимаю, что мы редко видимся.
Работа, Аркадий, Владимир — всё закрутилось.
Но я думаю о тебе.
Каждый день.
Очень часто думаю.
Тамара очень хотела в это поверить.
Очень. — Серьёзно?
Две недели? — Серьёзнее не бывает.
И машина уже внизу.
Владимир ждёт. — Как — машина внизу? — Тамара почувствовала, как что-то внутри защипало. — Прямо сейчас ехать? — Путёвка начинается сегодня.
Если не поедем — она пропадёт.
Ты же свободна?
Тамара оглядела кухню.
Чашка с недопитым чаем.
Фартук на крючке.
Чем же она занята?
Ничем.
Всю жизнь — ничем. — Надо же собираться. — Давай помогу!
Много ничего не понадобится.
Халат, тапочки, бельё.
Поехали!
Ольга уже направилась в комнату.
Тамара встала и последовала за ней.
В голове была пустота.
Всё случалось слишком быстро.
Очень быстро. *** Через двадцать минут сумка была упакована.
Ольга металась по квартире — открывала шкафы, доставала вещи.
Тамара стояла посреди комнаты и наблюдала. — Паспорт, — сказала Ольга. — Где? — Зачем? — Для оформления.
Там же регистрация.
Тамара вытащила паспорт из комода.
Протянула.
Ольга сразу же положила его в свою сумку — быстро и привычно. — Я сама понесу, — сказала Тамара. — Мам, не волнуйся.
У тебя и так сумка.
Я отвечаю за документы.
Это звучало разумно.
Но что-то резануло внутри.
Тамара не поняла — что именно. — Так, ещё вот это подпиши. — Ольга протянула лист бумаги. — Согласие на лечение.
Формальность.
Тамара взяла лист.
Мелкий шрифт, много текста.
Глаза устали ещё на первом абзаце. — Что тут написано? — Стандартное.
Ты добровольно едешь, претензий не имеешь.
Все подписывают. — А очки? — Мам, машина ждёт!
