Он взглянул на меня иначе, уже без прежней натянутой мягкости. – Зачем? – спросил он. – Потому что ты для меня больше не муж. – Я тебе… — он запнулся. — Семь лет я был твоим мужем.
Я имею право… – Илья.
Я произнесла это тихо, и он замолчал. – Ты мне больше не муж.
Не из-за гнева и не потому, что не простила – я просто озвучила факт.
Мы развелись.
Он молчал.
Смотрел на меня так, словно впервые заметил что-то, чего раньше не видел. – Ещё кое-что. — Я говорила спокойно, без злости – лишь информировала. — Я сменила фамилию.
В июле, после развода.
Я снова Семёнова.
Не Кузнецова уже.
Семёнова.
Илья смотрел, будто я заговорила на непонятном языке. – Ты… сменила фамилию? – Да. – Почему?
Странный вопрос.
Искренний, судя по всему – он действительно не понимал. – Потому что это моя настоящая фамилия, – ответила я. — Та, что была при рождении.
Твоя фамилия была дана тебе на время брака.
Брак закончился – я вернула свою.
Он провёл ладонью по лицу.
Рядом с ним стоял синий чемодан, немного накренившись – у колёсика давно была проблема. – Таня… – Татьяна, – поправила я. — И в следующий раз звони заранее. – Я думал… – Я знаю, что ты думал.
Ты думал, что полгода я сидела здесь, ждала.
Что квартира осталась прежней, замки не менялись, и я такая же. — Я на мгновение замолчала. — Я не та, Илья.
Совсем не та.
Он долго молчал.
Затем спросил: – И что же мне теперь делать?
Я не испытала ни радости, ни жалости.
Лишь усталость – ту самую, что копилась годами, но которую я всё не могла правильно назвать. – Не знаю, – честно ответила я. — Это уже не моя забота. – Всё? — спросил он. – Всё.
Дверь закрылась.
Я слышала, как он ещё оставался в коридоре – слышала дыхание, или, может, мне только казалось.
Потом шум колёсика чемодана по плитке лестничной площадки.
Потом – лифт.
Потом – тишина.
Я вернулась на кухню.
Книга лежала там, где я оставила её.
С улицы доносился осенний дождь – ровный, тихий, ни злой, ни красивый, просто дождь ноября.
Я поджала ноги под себя на диване.
Мама позвонит вечером.
Расскажу ей – она скажет «ну и правильно» и начнёт интересоваться, не холодно ли мне в квартире.
Лене напишу завтра.
Марина на работе в понедельник удивится и скажет «ну ты дала».
Дверь была тонкой – я знала это давно, слышала, как соседи на площадке разговаривали.
Илья что-то делал с чемоданом, потом заговорил – тихо, просяще, совсем другим голосом, чем полгода назад.
Кому он звонил – Ольге, маме, кому-то ещё – я не знала и не хотела знать.
Через десять минут лифт снова сработал.
Уехал.
Я открыла книгу на второй странице.
Татьяна Семёнова.
Бывшая Кузнецова.
Та самая, которая, по его словам, без него пропадёт.
Сегодня эти рассказы читают на моём втором канале — статьи и видео без рекламы с подпиской Дзен Про.
