Рекламу можно отключить С подпиской Дзен Про, и тогда она исчезнет из статей, видео и новостей — Ну что ж, Тамара, — произнесла она про себя, поправляя халат. — Пора начинать новый день.
Сначала женщина аккуратно заправила постель — по углам, как когда-то научила мама.
Затем направилась на кухню, включила чайник и приступила к мытью оставшейся со вчера посуды.
Тарелки, вилки, ложки…
Всё то же, что и вчера, позавчера и многие годы назад.
После завтрака Тамара решила заняться генеральной уборкой.
Она пропылесосила ковры, протёрла пыль с полок, тщательно помыла окна в гостиной.
К обеду усталость давила так, словно разгружала вагоны. — Ох, как же я вымоталась, — вздохнула она, присев на диван. — А ведь ещё борщ надо сварить.
После еды взялась за старые фотоальбомы.
Они пролежали в шкафу уже около пяти лет, а может, и дольше.
Тамара достала пыльные коробки и принялась рассматривать снимки.
Вот их свадьба — она в белоснежном платье, он в строгом костюме.
Вот первые годы совместной жизни — молодые, смеющиеся, полные надежд.
Вот рождение детей, их первые шаги и слова… — Господи, как быстро летит время, — прошептала Тамара, разглядывая фотографию, где держит на руках крошечного сына. — Кажется, это было только вчера.
Она так погрузилась в воспоминания, что не заметила, как пролетел весь день.
Альбомы были разбросаны по полу, фотографии — раскиданы по столу.
Нужно было всё рассортировать, подписать и красиво оформить.
К вечеру сил не осталось совсем.
Тамара с трудом приготовила ужин, поставила чайник и наливала чай в любимую кружку с розочками — ту самую, что подарила дочь на день рождения.
Она попила чай, немного посидела, думая о разном.
Потом отправилась в ванную, приняла душ и переоделась в домашнее платье.
День выдался долгим, усталость навалилась тяжёлой тяжестью.
Кружку оставила на столе — решила, что помоет её утром.
В половине седьмого с хлопком захлопнулась входная дверь.
Алексей вернулся с работы.
Тамара услышала, как он разувается в прихожей и вешает куртку. — Привет! — позвала она из комнаты, где всё ещё перебирала фотографии. — Привет, — ответил он и направился на кухню.
Женщина услышала, как он суетится с посудой, что-то ищет.
Через минуту голос мужа прозвучал совсем иначе — раздражённо и недовольно: — Тамара!
Иди сюда!
Она поднялась, отложила альбом и подошла на кухню.
Алексей стоял у стола, держа в руках её кружку.
Лицо его выражало такое чувство, будто он обнаружил серьёзное нарушение. — А что ты делала весь день? — спросил он, покачивая кружку перед собой. — Одну посудину помыть не смогла?
Эти слова задели её, словно пощёчина.
Тамара стояла молча, ощущая, как внутри сжимается тугой комок.
Весь день…
Весь день она убирала, стирала, готовила и приводила в порядок их общий дом.
А он видит лишь одну немытую кружку. — Я… я была дома весь день, — тихо сказала она. — Это я и вижу.
И какой толк? — Алексей с силой поставил кружку в раковину, будто хотел разбить её. — Я весь день на работе пашу, а дома даже минимального порядка нет.
Тамара молчала.
Что здесь добавить?
Что она с утра до вечера не садилась?
Что руки болят от мытья полов?
Что пыталась привести в порядок их семейную историю?
Всё это казалось мелким и незначительным по сравнению с его работой. — Извини, — выдавила она из себя. — Завтра помою.
Алексей пробормотал что-то невнятное и ушёл в комнату смотреть телевизор.
Тамара осталась на кухне, глядя на злополучную кружку, и чувствовала, как что-то внутри неё трещит.
На следующее утро Тамара проснулась с тяжёлым чувством в душе.
Алексей собирался на работу, что-то напевал под душем, шумел на кухне, завтракая.
А она лежала, глядя в потолок. — Тамара, где моя синяя рубашка? — позвал он из спальни.
Тамара молчала. — Тамара!
Ты меня слышишь? — Глажу, — коротко ответила она, хотя рубашка уже давно висела в шкафу, выглаженная и аккуратно развешанная.
Алексей ушёл, не попрощавшись.
Тамара осталась лежать, ощущая странную пустоту внутри.
Вчерашние слова мужа крутились в голове, словно заевшая пластинка: «А что ты весь день делала?» — А действительно… что я делала? — пробормотала она, глядя на свои руки.
Руки домохозяйки — с мозолями от швабры, с потрескавшимися пальцами от бесконечной домашней работы.
Весь день проходил словно в тумане.
