Это мои деньги, на которые я покупаю продукты и всё необходимое для детей.
Теперь ими будешь пользоваться ты.
Игорь автоматически взял карточку и посмотрел на неё так, будто видел впервые. — Правда, там пусто, — заметила Татьяна. — Всё потратила на семью.
Она повернулась и направилась в гостиную.
Дети расположились на ковре перед телевизором и смотрели мультфильм.
Дмитрий лежал на животе, поддерживая подбородок ладонями.
Елена устроилась рядом с братом и грызла яблоко.
Сергей катил машинку между диванными подушками, не обращая внимания на экран.
Татьяна присела на корточки и обняла всех троих сразу.
Они пахли детским шампунем и яблоками.
Она поочерёдно поцеловала каждого в макушку. — Мне нужно уехать по делам на несколько дней, — сообщила она. — Вы останетесь с папой.
Слушайтесь его, ладно?
Дмитрий рассеянно кивнул, не отрывая взгляда от экрана.
Елена радостно подпрыгнула на месте. — Папа разрешит лечь позже!
И мороженое на ужин!
Сергей потянулся к маме, но тут на экране что-то громко грохнуло, и он вновь переключил внимание на мультик.
Татьяна поднялась и вышла из гостиной.
В прихожей Игорь стоял у стены со скрещёнными руками, наблюдая, как жена надевает пальто. — Справлюсь и без тебя, — усмехнулся он. — Ты слишком много о себе думаешь.
Подумаешь, дети.
Накормить, уложить спать.
Всё просто.
Татьяна застегнула пуговицы, взяла чемодан и открыла дверь.
Перешагнула порог и вышла на лестничную площадку.
Она не оглянулась.
На улице шёл мелкий холодный дождь.
Татьяна спустилась на первый этаж, вышла из подъезда и остановилась под козырьком.
Достала телефон и вызвала такси.
Приложение показало, что жёлтая машина приедет через семь минут.
Она стояла и смотрела на мокрый двор.
Детская площадка, где столько раз гуляла с детьми.
Такси остановилось у бордюра, и Татьяна села на заднее сиденье. — улица Некрасова, дом четырнадцать, — сказала она водителю.
Там жила её младшая сестра Ольга с мужем Владимиром и годовалой дочкой Катей.
До них двадцать минут через вечерний город.
Татьяна откинулась на спинку сиденья и смотрела в окно на мерцающие огни.
Она не думала ни о чём конкретном, просто сидела, ощущая странную пустоту внутри.
Так бывает после долгой болезни, когда жар спадает, и остаётся только слабость.
Ольга открыла дверь с Катей на руках.
Племянница увидела Татьяну и сразу потянулась к ней, раскрывая ладошки.
Татьяна наклонилась и чмокнула её в лобик.
Катя рассмеялась. — Меня всё достало, — сказала Татьяна вместо приветствия. — Можно у вас пожить несколько дней?
Ольга отступила и впустила сестру в квартиру.
Татьяна поставила чемодан в прихожей и разулась. — Конечно, можно.
Владимир в рейсе до выходных.
Заодно поможешь мне с Катей, а то я тут одна с ума схожу.
Ольга ушла укладывать дочку в кроватку, а Татьяна прошла на кухню.
Она села на стул и оперлась затылком о холодную стену.
Закрыла глаза.
Через несколько минут сестра вернулась и поставила чайник на плиту. — Представляешь, что он мне сказал, — начала Татьяна, хотя Ольга ни о чём не спрашивала. — Сказал, что я трутень.
Что ничего не делаю.
Целыми днями сижу у него на шее.
Ольга достала из шкафчика две чашки и пакетики с чаем.
Повернулась к сестре и покрутила пальцем у виска. — Совсем сдурел твой Игорь. — Я даже не знаю, что на меня нашло, — Татьяна открыла глаза и посмотрела на сестру. — Просто взяла и ушла.
Собрала вещи и ушла.
Пусть теперь сам почувствует, каково это — следить за тремя детьми.
Один, без меня.
