Он произнёс это с такой злорадной изощрённостью, словно получал удовольствие от каждого слова, унижающего её.
Тамара побелела, в её глазах вспыхнул страх.
Слёзы, словно горячие капли, потекли по щекам.
Тем временем Игорь уже распахнул дверь, и его лицо мгновенно изменилось: на нём расцвела злобная радость, а улыбка, растянувшаяся от уха до уха, напоминала щенка, которому бросили кость. — Братцы!
Заходите, мои дорогие! — быстро заговорил он, хлопая каждого по плечу. — Проходите, сейчас всё устроим!
Мама уже колдует на кухне!
Он светился от счастья, размахивал руками, загонял всех внутрь, бережно подхватывал пакеты с бутылками, словно святыню, смеялся и шутил.
Праздник прошёл именно так, как Тамара и предвидела — с пьяным гоготом, запахом перегара и жирной едой, которой не хватило на всех.
Когда вечером гости ушли, осталась гора немытой посуды, ободранная скатерть и пустые бутылки, катившиеся по полу.
Игорь рухнул на диван и тут же захрапел, а Нина Петровна, ворча, что «всю себя оставила на кухне», отправилась домой.
Тамара убрала мусор, помыла посуду, вытерла стол и снова легла в зале, не ощущая ни обиды, ни усталости.
Лишь пустоту.
Прошла неделя.
Становилось холоднее, батареи едва грели.
Тамара возвращалась с работы, когда в почтовом ящике заметила необычный конверт.
Он был плотным, кремового цвета с золотистой каймой.
Внутри лежало письмо с вызовом к нотариусу.
Сначала она подумала — ошибка.
Потом — розыгрыш.
Но имя было её, с отчеством и прежней девичьей фамилией.
Когда пришла — услышала невероятное: умер её двоюродный дед, Виктор Иванович.
Тамара почти не знала его — лишь однажды видела в детстве, когда он приезжал в Шполу в костюме и с дипломатической сумкой.
Говорили, что он занимался конструированием в Германии и был богатым, но странным человеком.
Выяснилось, что у деда не осталось ни детей, ни жены.
Последние годы он жил под Одессой в загородном доме и почему-то выбрал Тамару единственной наследницей. — Это ошибка? — с трудом прошептала она. — Вовсе нет, — ответил нотариус, доставая документы. — Завещание однозначное.
Дом, автомобиль, сбережения, акции.
Общая сумма оказалась настолько большой, что у Тамары закружилась голова.
Она стала богатой.
Через неделю Тамара уже жила в доме под Одессой.
Большой двухэтажный особняк с камином, еловыми насаждениями и теплицей, где даже зимой распускались герани.
Она всё ещё не могла поверить в происходящее.
Как будто кто-то в последний момент сказал: «Ты заслужила передышку».
Тем временем в Арктическом проезде началась суета.
Сначала позвонил Игорь.
Его голос был мягким, обволакивающим: — Тамарушка, дорогая, куда же ты пропала?
Я же переживаю!
Мы ведь… семья.
