Памяти о папе у меня нет, а мама в деревне всегда считала меня обузой.
Как только я окончила девятый класс, она отправила меня в город.
Четыре года училась в колледже, потом пошла работать на завод.
Мыла полы, чтобы не умереть с голоду.
Всё делала самостоятельно.
Всё.
И зачем всё это было?
Чтобы в итоге оказаться здесь — в грязной квартире с пьяным мужем?
Она опустила взгляд.
Фонари освещали улицу, которая казалась далёкой и чужой. «Нет», — решительно сказала она себе и вернулась в комнату.
На следующее утро встала рано.
Почистила и нарезала картошку, поставила её жариться.
Нашла баночку с килькой в томате, квашеную капусту — добавила лук и масло. — Завтрак будет, — пробормотала себе под нос.
Игорь появился на кухне с помятым лицом и злым взглядом.
Молча открыл холодильник.
Взглянул внутрь и закрыл его. — И как ты намерена отмечать мой день рождения? — прохрипел он. — Я тебе всё уже вчера объяснил. — Дал бог бабу, — фыркнул он.
Вышел, но быстро вернулся с телефоном.
Тамара поняла, что он звонит матери. — Мам, поздравь меня с днём рождения, — громко сказал он, чтобы услышали все в доме. — Игорёк!
Сынок мой! — воскликнула Нина Петровна. — Приезжай, что-нибудь приготовь.
А то моя ни на что не годится. — Я тебе говорила! — не удержалась свекровь. — С деревенщиной всегда так. — Жду тебя, мама.
Тамара молчаливо поставила перед ним чашку с чаем.
Он даже не взглянул на неё.
Через полчаса Нина Петровна уже стояла в прихожей с двумя пакетами.
Прошла мимо невестки, словно та была невидимой. — Привет, сыночек.
Неси продукты.
Сейчас мы покажем, как настоящий мужчина умеет справлять праздник.
Тамара, собравшись с духом, последовала за ними на кухню. — Нина Петровна, может, чем помочь? — Уйди! — резко ответила свекровь. — Мы справимся без тебя.
Это не твоя кухня! — Но я же… — Уйди, я сказал! — выкрикнул Игорь.
Зазвонил домофон. — Это мои! — прокричал он. — Заходите, ребята! — Заходите!
Открываю! — с энтузиазмом выкрикнул Игорь, почти подпрыгивая от радости, словно жил не в бетонной коробке с грязной плиткой, а в особняке на Рублёвке.
Он с удовольствием нажал кнопку домофона и, повернувшись, громко позвал из кухни: — Ма-а-а-ма!
Мои ребята уже здесь! — из кухни, где что-то шкворчало на сковороде, раздался нервный голос Нины Петровны.
Игорь мгновенно устремил взгляд на Тамару, стоявшую в коридоре в старом домашнем халате.
Его лицо исказилось от презрения: — Ты что стоишь тут, как чучело в капусте?!
Пропадай, чтобы я тебя больше не видел!
Не мешай людям веселиться!
Твоё место — в тени, под метлой!
Его слова били как плеть — резко, нарочно громко, чтобы все в подъезде слышали.
