— Ты хозяйка или кто? — с вызовом спросила Тамара.
— У тебя совести нет? — добавила она, ставя стакан на стол.
Звон разбившегося стекла на мгновение заставил всех замолчать.
— Вот именно, — тихо, но решительно произнесла Тамара. — Вы приехали в мой дом, а не в отель «всё включено».
— Я готовила два дня, закупала продукты, накрывала на стол, обслуживала вас весь вечер.
— Это твой женский долг! — прорычал Дмитрий, подбадриваемый матерью. — Не позорь меня!
— Возьми тряпку и немедленно убери всё. Дети голодны!
Тамара посмотрела на мужа.
Впервые за пять лет брака она увидела его по-настоящему: не милого парня из парка, а испуганного мальчишку, который готов унизить жену лишь бы не вызвать гнев матери.
— Нет, — твёрдо сказала Тамара.
— Что «нет»? — не поняла Ирина. — Я не буду убирать и готовить завтрак. Я устала.
— Если хотите есть — открывайте холодильник, там полно продуктов. — Она указала на кухню. — Если нужны чистые тарелки — вот раковина, «Фейри», губки, которые ты, Ирина, мне вчера так любезно подарила. Пора ими воспользоваться.
Наступила напряжённая тишина.
Людмила Ивановна открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная на лёд.
— Ты выгоняешь нас? — шепотом произнесла она с театральным пафосом. — Сынок, ты слышишь? Она лишает нас крошки хлеба! Заставляет мать мыть посуду!
— Тамара, ты перебарщиваешь, — попытался унять её Дмитрий, принимая угрожающий вид.
— Мама — гостья. Ирина — гостья. А ты — хозяйка этой квартиры, — вмешалась Тамара. — Ипотеку оформляю на себя, плачу её. Ты, Димочка, за последние три месяца вносишь только коммунальные услуги, да и то половину.
— Так что либо вы встаёте, берёте тряпки и приводите кухню в порядок, либо праздник заканчивается.
— Да пошли мы отсюда! — взревела Ирина. — Собирайся, мам! Моих ног здесь не будет!
— Хамка! Психопатка! — кричала она в ответ.
— Ирина, подожди, — пытался удержать её Дмитрий.
— Ничего не подожди! — перебила мать. — Собирай детей, Ирина! Едем к тёте Нине, там нас примут! А ты, Димочка, если хоть каплю уважаешь маму, иди с нами. Оставь эту змею в её гадюшнике!
Дмитрий растерянно переводил взгляд с яростной матери на спокойную, как скала, Тамару.
— Тамара, извинись, — пробормотал он. — Помой эти тарелки, что тебе стоит? Видишь, до чего довела?
— Я никого ни к чему не доводила. Я просто отказалась быть прислугой. Выбор за тобой, Димочка.
Сборы заняли полчаса. Всё это время Тамара сидела, отложив плед, глубоко вдохнула холодный утренний воздух, улыбнулась и, не оборачиваясь, закрыла дверь, начиная новую главу своей жизни.
