Это модальное окно.
— Тамара, где же тарталетки с икрой? — спрашивает Людмила Ивановна, стоя в дверях кухни, руки на бедрах, обнажённых блестящим платьем. — Гости уже за столом, а у нас всё пусто! Ты меня перед сватами позоришь?
Тамара отрывает прядь волос, прилипшую к лбу, и чуть не уронит противень с мясом по-французски.
Из духовки идёт жара, обжигающей лицо, а в квартире с утра тридцатого декабря витает запах майонеза и варёных овощей.
— Людмила Ивановна, икра лежит на нижней полке холодильника, — старается говорить спокойно Тамара, хотя внутри у неё всё дрожит.
— Я просто не успеваю, мясо уже пригорает.
— Может, Ирина поможет?
— Она только в телефоне сидит.
— Ирина устала, она только что с дороги! — восклицает свекровь, заходя на кухню и заглядывая в кастрюли. — И к тому же у неё новогодний маникюр.
— А ты, хозяйка, обязана встретить гостей так, чтобы стол ломился от изобилия.
— Мы ведь из другого конца города через пробки ехали.
Из гостиной доносится грохот телевизора, где в сотый раз показывают, как Андрей Васильев летит в Одессу, и громкий смех золовки Ирины.
На диване сидит Дмитрий, муж Тамары, лениво переключая каналы, пока его шумные племянники — близнецы Илья и Егор — прыгают с кресла на пол, будто землю сотрясают.
Тамара молча берёт банку с икрой.
Руки у неё трясутся.
Весь день тридцать первого декабря прошёл в тумане: резка, варка, жарка, уборка.
Дмитрий обещал помочь, но как только приехали мама с сестрой и детьми, он превратился в «почётного гостя» в собственной квартире.
— И масла побольше, не жалей, — комментирует свекровь, стоя над душой. — В прошлый раз было сухо.
— А почему хлеб такой толстый? Надо было багет взять.
— Димочка, посмотри, какой у жены салат «Мимоза» бледный, наверное, яйца переварила.
Дмитрий появляется в дверях с надкушенным мандарином.
— Мам, зачем так?
— Салат нормальный.
— Тамара, давай побыстрее, куранты почти, а старый год ещё не проводили. Хочется есть.
Он не смотрит на жену, которая одновременно намазывает бутерброды, следит за мясом и старается не наступить на кота Тишку, который в панике носится под ногами из-за криков детей.
Застолье начинается шумно.
Ирина, сестра мужа, сразу же захватывает внимание, громко рассказывая, что её муж, «к сожалению, не смог приехать из-за важной командировки», подарил ей новый телефон.
Близнецы хватают колбасу руками, бросают крошки на ковер, который Тамара чистила два часа, и проливают сок на свежую скатерть.
— Ой, ничего страшного, дети, — отмахивается Людмила Ивановна, когда Тамара тянется за салфеткой, чтобы вытереть пятно вишнёвого сока. — Постираешь потом. Главное, чтобы им было весело.
— Ирина, наложи себе грибочки, они же магазинные, съедобные.
— А огурцы, Тамара, кажется, ты пересолила.
Тамара сидит на краешке стула, почти без сил.
Кусок еды не идёт в горло.
Она смотрит на гору блюд, приготовленных за два дня, и не чувствует вкуса.
— Давайте выпьем за нашего Дмитрия! — восклицает свекровь, поднимая бокал шампанского. — Какой он молодец, добытчик, семью держит! Золотой мужик!
Дмитрий улыбается, расправляя плечи.
Тамара почти поперхивается морсом. «Добытчик», который уже полгода работает на полставки и жалуется на тяжёлую судьбу, в то время как Тамара берёт дополнительные фриланс-заказы и оплачивает ипотеку за квартиру.
Она молчит, лишь крепче сжимая ножку бокала.
Время приближается к полуночи.
Президент произнёс речь, куранты пробили двенадцать.
Начинается раздача подарков.
Тамара достаёт красивые пакеты.
Для Людмилы Ивановны — дорогой набор антивозрастной косметики, о которой та намекала месяц назад.
Для Ирины — сертификат в парфюмерный магазин.
Для племянников — конструкторы, стоящие как крыло самолёта.
