Андрей сидел у окна, с тяжелым дыханием.
Мир, в котором был оплачен интернет и всегда лежали котлеты в холодильнике, разваливался на куски. — И еще кое-что, — Ирина вынула из папки новый документ. — Дедушка перед смертью оставил мне дарственную.
Но с одним условием: права на имущество я приобрету только после официального развода.
До этого момента квартира была оформлена на его сестру.
Дедушка тебя, Андрей, насквозь понимал.
Знал, кто ты на самом деле.
В кухне повисла такая гнетущая тишина, что казалось, стены начали сжиматься. — Неделя, — сказала Ирина, поправляя сумку на плече. — Семь дней, чтобы вы собрались и ушли.
На восьмой день я сменю замок.
Она вышла, не оборачиваясь.
Последующие дни превратились в настоящий кошмар.
Андрей звонил с разных номеров, жалобно умолял в трубку, обещал устроиться хоть дворником, хоть космонавтом.
Ирина просто сбрасывала вызовы.
На пятый день он поджидал её у входа в магазин.
Выглядел он измученным, щетина покрывала лицо неровными пятнами. — Ирина, ну нельзя же так!
Мама плачет, у неё сердце!
Верни деньги семье!
Ты меня обокрала! — кричал он на всю улицу, рассчитывая на поддержку прохожих.
Ирина остановилась.
Взглянула на него, словно на надоедливое насекомое. — Обокрала?
Я просто вернула себе право не содержать взрослого бездельника.
Уходи, Андрей, не позорься.
Охрана сюда тебя больше не пустит.
Когда он попытался пробраться за ней в торговый зал, его действительно вывели.
Видео его истерики у входа быстро разошлось по местным чатам.
Макаров, и вскоре все знали, что Андрей — обычный альфонс.
Через неделю они съехали.
