— Ты хотя бы предупреждала свою стрекозу, что мы приедем?
Девочка приехала к отцу в гости, а эта смотрит на неё, словно волк на окорок, — тихо бормотала мать, указывая глазами на новую невестку. — Мама, её зовут Елена… — Ни за что она для меня не Елена, а змея подколодная, хабалка, — шипела мать сквозь сжатые зубы. — Ах, ты…
Да она и рядом с Ирининой стоптанной стелькой не стоит!
Только дурак мог Ирину поменять на такую! — Мама, перестань шипеть…
Ты приехала в гости?
Тебя здесь принимают.
А Елену я, конечно, предупреждал о вашем приезде.
Ну и как она посмотрела на Марину?
Ну?
Как обычно, как на всех. — С ненавистью!
С открытой неприязнью!
Передай ей, слышь, скажи, что если она хоть слово кривое девочке скажет, я её… — Вы будете ужинать с нами, мама? — резко и холодно поинтересовалась Елена, не скрывая своей неприязни в глазах.
Виктор и мать отстранились друг от друга, что лишь усилило недовольство Елены.
Точно бабка на неё сыну наговаривала.
Старая ведьма…
Пожилая женщина гордо выпрямилась и ответила Елене с не меньшей холодностью: — Прошу обращаться ко мне Нина Петровна, «мама» звучит слишком фальшиво в нашем случае.
Виктор толкнул мать ногой в щиколотку, но та не отреагировала.
Елена равнодушно пожала мясистым плечом: — Как угодно, мне и не нужно.
За обеденным столом Нина Петровна стала ещё более мрачной. «Вот проказница какая же.
А как вкусно готовит.
Помидоры фаршированные, вареники с вишней, ватрушки, зразы, мачанка — из чего только она не сотворила эту вкуснятину — посмотри!» Она взглянула на внучку — та тоже с жадностью уплетала всё подряд под пристальным вниманием хозяйки.
С тех пор, как они впервые встретились, Елена заметно располнела, превратившись из худенькой звонкой девочки в крепкую, здоровую и молодую женщину.
И не удивительно!
На таких-то яствах!
Её лицо стало ещё более неприятным, жадным и завистливым.
Всё здесь — её!
Всё!
И муж, и дом, и ребёнок!
Это не гордая Ольга с её обострённым чувством справедливости, а настоящая самка, которая не упустит своё. «Так нахально ворваться в чужую семью, разрушить всё одним щелчком и увести мужа у жены, словно козлика на верёвочке!
Хабалка была, есть и останется!» — твёрдо размышляла Нина Петровна, и Елена, надо признать, лишь подтверждала её мнение. — Марина, кто тебе разрешал ежевику с куста рвать? — она слегка хлопнула девочку по руке, тянувшейся за очередной ягодой. — Это для варенья, и я тебе не разрешаю.
Спрашивать надо, ты не в своём доме.
Марина робко посмотрела на Елену. Девочка с первого дня чувствовала по отношению к себе острую непри…
