К середине апреля я поняла, что у меня «отвалилось» две трети записей. Мой доход, из которого мы оплачивали львиную долю семейных расходов, сократился втрое.
Я сидела в мастерской, глядя на пустые манекены, и не могла понять: что не так? Кризис? Но мои клиентки — женщины обеспеченные, для них индивидуальный пошив — это базовая потребность.
Разгадка пришла в четверг. Мне написала Ирина Витальевна — та самая клиентка со «сложным силуэтом».
«Верочка, здравствуй. Я в легком недоумении. Получила странное предложение. Скажи, мы правда прекращаем сотрудничество?»
К сообщению был прикреплен скриншот письма из мессенджера.
«Добрый день, Ирина Витальевна! Это Алина, ведущий дизайнер и партнер ателье Веры. Спешу сообщить, что Вера сейчас уходит в длительный творческий отпуск из-за состояния здоровья. Чтобы ваши заказы не пострадали, я открыла собственное закрытое бюро «Gold Needle».
Все ваши мерки и предпочтения у меня в базе. В честь открытия — пошив первого изделия из ваших материалов бесплатно. Мы используем только премиальную фурнитуру и скоростные технологии!»
Я читала это, и у меня ледяной пот прошиб спину. «Творческий отпуск». «Состояние здоровья». «Партнер».
Алина не просто украла контакты. Она методично обзванивала моих людей, поливая меня грязью и предлагая демпинг, который физически невозможен при качественном пошиве. Она украла мое имя.
Глава 3: Возвращение блудной золовки
Прошел месяц. Мои попытки вернуть клиенток увенчались лишь частичным успехом. Кто-то поверил Алине, кто-то просто решил «попробовать подешевле», а кто-то обиделся на меня за то, что я «скрываю проблемы со здоровьем».
Я пыталась подать на нее в суд, но адвокат лишь развел руками: «Договора о неразглашении не было, тетрадь — не официальный реестр. Доказать факт клеветы в личных сообщениях сложно и дорого».
И вот, одним дождливым утром, дверь моей мастерской распахнулась. На пороге стояла Алина.
От ее недавнего пафоса не осталось и следа. Глаза опухли от слез, тушь размазана, куртка в пятнах. Она ввалилась внутрь и буквально рухнула на стул для клиентов.
— Вера… пожалуйста… помоги, — завыла она.
— Помочь? — я медленно отложила иглу. — Ты ошиблась адресом. Твое «бюро» через две улицы, кажется? Или там «премиальный» чай закончился?
— Вера, не издевайся! — она захлебнулась рыданиями. — У меня беда. Мне прислали досудебную претензию. На сто тысяч! Где я возьму такие деньги? Мама узнает — убьет!
Я заставила себя встать и подойти к ней.
— Рассказывай. Что ты успела натворить за месяц?
История оказалась банальной до тошноты. Алина, решив, что шить — это «просто соединять тряпочки», взяла заказ у одной из моих бывших клиенток, Карины Эдуардовны.
