Глава 3. Новые ростки
Зима выдалась суровой. Андрей устроился на работу в небольшую инженерную фирму. Его опыт и знания были колоссальными, но фамилия работала против него — многие боялись связываться с сыном опального магната. Однако маленькая контора на окраине города, которой руководил старый преподаватель Андрея, не побоялась.
Он уходил из дома в семь утра, в обычном пуховике, с термосом, который я собирала ему с вечера. Вечером он возвращался уставший, с запахом чертежей и холодного ветра, но его глаза сияли так, как никогда раньше. Он гордился тем, что его проекты ценят за его ум, а не за фамилию.
Я продолжала работать в архиве. Беременность протекала спокойно, словно мой малыш чувствовал, что буря миновала и теперь вокруг только любовь.
Однажды, в конце февраля, когда снег начал подтаивать, обнажая черную землю, к нашему дому подъехал черный автомобиль. Мы с Андреем как раз выходили в магазин. Из машины вышел Николай Аркадьевич.
Он выглядел старше. Лицо стало серым, плечи поникли. В руках он держал какую-то папку.
— Андрей, — произнес он, и в его голосе больше не было металла. Только глухая усталость. — Нам нужно поговорить. Дела идут не очень… партнеры отворачиваются. Они увидели во мне не силу, а самодурство. Та сцена на свадьбе… она дорого мне обошлась.
Андрей остановился, закрывая меня собой.
— Мы всё обсудили полгода назад, отец.
— Я готов признать брак, — Николай Аркадьевич сделал шаг вперед. — Я дам вам дом. Я открою фонд на внука. Только вернись в компанию. Без тебя там всё рушится.
Андрей долго смотрел на отца. В его взгляде не было злорадства. Только печальное понимание.
— Ты так и не понял, да? — тихо сказал Андрей. — Ты не можешь купить семью. Ты не можешь купить мое прощение. Мы живем в этой маленькой квартире, мы копим на кроватку для ребенка, и мы счастливы. Нам не нужны твои миллионы, если они идут в комплекте с твоим ядом.
— Но это же твое наследство! Твое будущее! — почти вскрикнул свекор.
— Мое будущее стоит сейчас рядом со мной, — Андрей взял меня за руку. — А мое наследство — это свобода быть собой. Прощай, отец. Желаю тебе найти покой, но в нашей жизни места для тебя больше нет.
Николай Аркадьевич стоял у машины, глядя нам вслед, пока мы шли по обледенелому тротуару. Он выглядел как памятник самому себе — величественный, дорогой и абсолютно одинокий.
Глава 4. Весна в сердце
Март принес с собой первое настоящее тепло. Мы переехали в небольшой домик за городом, который Андрей купил в кредит. Это был старый дом с яблоневым садом, требующий ремонта, но для нас он был самым роскошным дворцом в мире.
Мама переехала к нам, помогая обустраивать детскую. Мы вместе красили стены в нежно-голубой цвет, вешали легкие занавески и высаживали первые цветы на клумбе перед входом.
В апреле на свет появился наш сын. Мы назвали его Алексеем — в честь моего деда, простого и честного человека.
Когда я впервые взяла Лешеньку на руки, я почувствовала такую полноту жизни, что всё прошлое — тот шумный шатер, запах лилий, тяжелая рука свекра — показалось сном из какой-то другой, чужой биографии.
Андрей вошел в палату с огромным букетом ромашек — моих любимых цветов. Он бережно взял сына, и я увидела, как его слезы капают на крошечное личико малыша.
— Он никогда не узнает, что такое страх, Поля, — прошептал он. — Я обещаю.
Прошло пять лет.
Наш яблоневый сад разросся, превратившись в тенистое убежище. Андрей открыл свою собственную проектную мастерскую, которая стала одной из самых уважаемых в регионе. Он строил школы, больницы и жилые дома, вкладывая душу в каждый чертеж.
Мы жили просто, но полно. Каждые выходные к нам приезжала мама, мы устраивали большие чаепития на веранде, и Лешка носился по траве с нашей собакой.
