— Даже не вздумай подавать на развод! — вот что она мне заявила. И ещё такую сцену устроила, что вспоминать неприятно, — жаловалась Наталья подруге. — А я ведь… я тогда и правда не собиралась разводиться. Тогда — нет.
— А теперь? — тихо уточнила Юлия.
Наталья отвела взгляд и тяжело выдохнула.
— Теперь уже думаю об этом…
Она устало качнула головой.
— Понимаешь, это ведь ненормально: не хотеть возвращаться домой, задерживаться на работе до последнего, изображать страшную занятость, лишь бы не ехать туда. А когда всё-таки приезжаешь, ещё сидеть в машине на парковке минут тридцать, собираясь с силами войти в квартиру.
— Конечно, ненормально, — согласилась Юлия.
— Вот именно. Значит, пора разводиться, — мрачно заключила Наталья.
— Погоди. А что именно тебя так отталкивает от дома? Почему ты не хочешь туда заходить? — спросила Юлия.
Наталья неопределённо пожала плечами.
— Наверное, потому что Дмитрий вечно всем недоволен. Я только переступаю порог, а он уже начинает: почему не убрано, почему холодильник давно не помыт, почему то, почему это… Ему всё не так. Он ни разу не спросит, как прошёл мой день, не поинтересуется, устала ли я. Только ворчит, придирается и зудит без конца.
— Дмитрий же раньше тебя с работы возвращается, верно? — уточнила Юлия.
— Да.
— И ужин готовит?
Наталья махнула рукой.
— Да ничего он не делает! Я ведь говорила с ним об этом. Объясняла, что я ему не домработница, что мы семья, партнёры, что быт должен быть общим.
— Судя по всему, разговоры результата не дали, — заметила Юлия.
— Почему же, — криво усмехнулась Наталья. — Дали. Недели на две. А потом он заявил, что зарабатывает больше меня, поэтому домашние дела — моя обязанность.
— Интересно. И насколько больше он тогда получал? — спросила Юлия.
— На тот момент — примерно на четыре тысячи гривен. А сейчас уже даже меньше меня получает, но всё равно уверяет, будто я всё выдумываю и просто пытаюсь набить себе цену.
— Так, — Юлия заметно оживилась. — А чего ты на самом деле хочешь? Развод — решение резкое, но не всегда единственное. Может, стоит ещё попытаться что-то изменить?
— Ты правда думаешь, что это возможно? — Наталья недоверчиво покачала головой. — Я уже не верю. Смотри: до знакомства со мной у него была собака, и он сам с ней гулял. Теперь это почему-то моя обязанность. До нашей встречи…
— Подожди, — перебила её Юлия. — Я понимаю, что внутри ты, кажется, уже всё решила. Будто точка невозврата пройдена, и мысленно ты уже живёшь одна. Но, пожалуйста, дай ему последний шанс. Поговори с ним ещё раз. Не про посуду и холодильник, а про то, что ты чувствуешь. Если нужно — сходите к психологу.
— Хорошо, — после паузы сказала Наталья. — Я попробую.
Несколько дней после этого Наталья ходила сама не своя. В голове без конца крутились разговоры — то с матерью, то с Юлией. Ей казалось, что никто по-настоящему её не слышит. Все будто смотрели только на внешнюю картинку: муж есть, квартира есть, скандалов на весь подъезд нет. Дмитрий не пил, не поднимал на неё руку, не орал, не устраивал громких сцен. Со стороны их брак вполне мог показаться нормальным, почти благополучным.
Но разве можно построить счастье только на том, что человек не делает откровенно ужасных вещей?