Ольга медленно повернула голову к мужу.
— Завтра вы оба освобождаете квартиру.
Фраза прозвучала глухо и окончательно, будто по полу бросили тяжёлый камень.
Дмитрий замер у плиты, так и не дожарив сосиску.
— И куда, по-твоему?
— К матери. В гостиницу. Хоть на край света. Меня это больше не касается.
— Я здесь прописан! — сорвался он на крик.
— Не прописан, а временно зарегистрирован, — холодно поправила Ольга. — Сегодня я уже подала заявление в ЦНАП на отмену регистрации. Причина — фактическое прекращение семейных отношений. А завтра иду подавать документы на развод.
Алина так резко дёрнулась, что лапша высыпалась у неё из рук и рассыпалась сухими крошками по столу.
— В смысле развод? А я тогда как?
Ольга коротко усмехнулась. Не потому что ей было смешно. Просто иначе на такую наглость уже невозможно было реагировать.
— А ты мне никто. Я тебя не удочеряла и содержать не обязана. Так что собирай свои вещи.
— Мы отсюда никуда не уйдём! — Дмитрий с силой бросил на стол кухонную лопатку. — Это и мой дом тоже! Я здесь ремонт делал!
— Переклеил обои в коридоре? — спокойно уточнила Ольга. — Можешь содрать их со стен и забрать с собой в рулоне.
После этого она развернулась и ушла в спальню, не оставив им даже возможности продолжить спор.
В четверг вечером Ольга пришла с работы раньше, чем обычно.
В квартире стояла непривычная тишина.
Она прошла в гостиную и остановилась на пороге.
Посреди комнаты стояли две дорожные сумки. Рядом — три больших чёрных мусорных пакета, набитых вещами.
На диване сидела Алина. Уже в пуховике, в шапке, с красными распухшими глазами.
Дмитрий курил на балконе.
Ольга щёлкнула выключателем.
— Отлично. Значит, успели собраться до моего возвращения.
Дмитрий вышел с балкона и демонстративно выпустил дым прямо в комнату.
— Мы уйдём. Но деньги ты нам вернёшь. За коммунальные платежи. И за ремонт.
— Конечно, — Ольга слегка кивнула. — Переведу тебе на карту сразу после того, как ты компенсируешь мне половину ипотечных платежей за три года нашего брака. Получается около шестисот тысяч гривен. Будем считать подробно?
Дмитрий сжал челюсти так, что на скулах заходили желваки.
— Да подавись ты этой квартирой. Тварь.
Он дёрнул одну сумку с пола. Алина поднялась следом и надела на плечо свой рюкзак.
Ольга подошла к выходу из гостиной и встала в дверях, перекрыв проход.
Её взгляд остановился на Алине. На новеньком пуховике. На кожаных сапогах. На брендовой сумке-шоппере.
Потом Ольга посмотрела на рукав её куртки.
— Снимай пуховик.
Алина застыла.
— Что?
— Куртку снимай. И рюкзак открой.
Дмитрий резко развернулся.
— Ты совсем с ума сошла? На улице минус два!
Но Ольга даже не посмотрела на него. Она смотрела только на Алину.
— Этот пуховик был куплен в сентябре на мою премию. Как подарок «для поиска работы». Работу ты так и не нашла. Значит, подарок отменяется.
— Ольга, пожалуйста… — Алина прижалась спиной к стене. — Я же замёрзну. У меня другой зимней одежды нет. Мама всё выбросила, когда переезжала.
— Это не моя проблема. Снимай.
Алина перевела взгляд на брата, будто ждала, что он наконец заступится.
Но Дмитрий молчал. Он стоял, опустив глаза в пол.
— Дмитрий, ну скажи ей хоть что-нибудь! — всхлипнула Алина.
Ольга шагнула ближе.
— Либо пуховик остаётся здесь, либо я прямо сейчас вызываю полицию и пишу заявление о краже. Крем за семь тысяч гривен ты у меня брала без спроса. Чеки сохранились. Поедем в отделение и будем выяснять, мазала им руки Татьяна Сергеевна или всё-таки ты?
Слёзы потекли по лицу Алины. Пальцы у неё дрожали, когда она расстёгивала молнию.
Пуховик соскользнул на пол. Под ним оказался только тонкий свитер.
Ольга носком отодвинула куртку к дивану.
— Теперь выход — там.
Они вышли в коридор. Дмитрий тащил пакеты и сумку. Алина шла рядом в одном свитере, обхватив себя руками.
Ольга осталась у двери и молча смотрела, как они ждут лифт.
Кабина приехала. Двери разъехались. Дмитрий вошёл первым. Алина задержалась на секунду и обернулась. Губы у неё дрожали.
— Ты чудовище, — выдавила она.
Ольга ничего не ответила. Просто нажала кнопку закрытия дверей на площадке и повернула замок.
Потом вернулась на кухню.
В квартире стояла чистая, почти звенящая тишина.
Ни запаха чужого пота. Ни жареного лука. Ни ощущения, что кто-то посторонний снова копается в её доме.
Ольга достала из кармана маленький ключ, подошла к большому белому холодильнику и открыла навесной замок.
Внутри всё было аккуратно и чисто.
Она впервые за долгое время улыбнулась.