И за этот период он ни разу не отложил ни гривны.
Как это объяснить?
Игорь замолчал. — Я думал, что мы — семья.
Что у нас всё общее. — Когда тебе это было выгодно, ты вспоминал про общее.
Когда я попрошу тебя помочь с ремонтом в квартире, которая юридически принадлежит мне, — ты вспомнишь, что это моя квартира? — Это нечестно. — Почему? — Потому что ты специально так формулируешь вопрос. — Я говорю прямо.
Ты же сам сказал — всё общее.
Значит, квартира тоже общая?
И я могу распоряжаться твоей зарплатой без спроса? — Зарплата — это совсем другое. — Почему? — Потому что… — Игорь замялся. — Потому что это деньги на текущие расходы. — А накопления — нет? — Тама, ты намеренно ищешь противоречия! — Игорь, — сказала Тамара, — я хочу, чтобы ты ответил на один простой вопрос.
Почему за полгода ты не отложил ни гривны на бизнес? — Тама, я не обязан отчитываться перед тобой! — Нет, не обязан. — Тамара кивнула. — Но тогда и я не обязана объяснять, почему не дам тебе свои деньги.
Игорь поднялся.
Снова подошёл к окну — эта привычка Тамара уже запомнила: он всегда шел туда, когда не знал, что ответить. — Ты меня не любишь, — тихо произнёс он.
Тамара сдержалась, чтобы не сказать первое, что пришло в голову.
Пауза. — Это манипуляция, Игорь. — Это правда. — Нет.
Правда в том, что ты хочешь получить деньги и не знаешь другого способа уговорить меня.
Любовь тут ни при чём. — Значит, для тебя деньги важнее отношений. — Для меня важно, чтобы ко мне относились честно.
Ты пришёл с готовым планом потратить мои деньги, не спросив меня.
Ты считал это само собой разумеющимся.
Это нечестно.
Игорь долго молчал.
Потом произнёс: — Ладно.
Я понял, что ты не поможешь. — Ты понял, что я не дам тебе свои деньги.
Это немного разное. — Одно и то же. — Нет.
Помочь — я готова.
Могу обсудить с тобой бизнес-модель, вместе посмотреть цифры, найти слабые места.
Я бухгалтер, мне это несложно.
Но вкладывать деньги — нет. — Мне не нужен анализ.
Мне нужны деньги. — Я знаю.
Ты ищешь халяву, с таким подходом начинать дело не стоит.
Тамара встала, убрала со стола тарелки.
За окном уже стемнело, окна соседнего дома светились в шахматном порядке.
Она долго об этом думала — не в тот вечер, а вообще, всё последнее время.
Игорь был человеком идей.
У него их было много, и он рассказывал о них красиво — с огнём в глазах, жестами, примерами чужих историй успеха.
Тамара слушала и думала, что это замечательно.
Что лучше иметь мечту, чем жить без неё.
Но мечта без действий — это просто разговоры.
Восемь лет она откладывала деньги, а не просто мечтала о квартире.
Каждый месяц делала конкретный шаг — переводила сумму на счёт.
Без красивых слов, без вдохновляющих роликов.
Просто делала.
И через восемь лет у неё была квартира.
Игорь за полгода не перевёл ни гривны.
И сейчас предлагал вложить в его мечту восемьсот тысяч.
На третий день Тамара поняла, что решение уже принято — просто ещё не озвучено.
Вечером, когда Игорь вернулся с работы, она сказала сразу, без предисловий: — Игорь, нам нужно серьёзно поговорить. — Ты передумала? — в голосе у него была надежда. — Нет.
Я думаю, нам лучше расстаться.
Игорь смотрел на неё.
Потом медленно опустился на диван. — Это из-за денег? — Это из-за того, что я увидела за эти три дня.
Ты считал мои накопления своими.
Когда я отказала — обвинил меня в нелюбви.
Потом в жадности.
Потом молчал три дня, ожидая, что я побегу извиняться.
Это не партнёрство. — Тама, я просто расстроился… — Я понимаю.
Но способ, которым ты выражал своё расстройство, — это не про меня.
Я не собираюсь жить с ощущением, что должна выкупать мир, чтобы сохранить покой. — Я не требовал никакого выкупа! — Три дня молчания после моего отказа — что это было?
Игорь открыл рот.
Закрыл. — Я просто обдумывал ситуацию. — Хорошо.
Обдумал? — Тама, давай не будем так.
Это несерьёзно — разводиться из-за одного разговора. — Это не из-за одного разговора.
Один разговор показал то, что было и раньше.
Ты полгода говорил о бизнесе, а я ждала конкретных действий.
Не увидела их.
Думала, что ты ищешь.
А потом оказалось, что ты просто ждал момента, чтобы прийти за моими деньгами. — Это несправедливо! — Игорь, ты сам сказал, что возьмёшь с моего счёта — спокойно, как само собой разумеющееся.
Ты не спросил.
Не предложил сначала обсудить.
