Два слова повисли в воздухе, тяжелые и плотные, словно каменные глыбы: «нищая пенсионерка».
Они не просто задели меня, а сразу же прояснили всю ситуацию, будто в темном влажном подвале неожиданно включили яркий прожектор.
Я поняла, что в этой семье нет ни тепла, ни благодарности, а лишь гниль и холодный расчет.
Взглянув на свои руки с простым обручальным кольцом и аккуратным, пусть и не салонным маникюром, я вспомнила всю свою жизнь.
Я работала инженером, затем в плановом отделе, заработала эту квартиру и Приморск своим трудом.
И вот эта девочка, которая ни дня не трудилась по-настоящему, осмеливается называть меня нищей в моем собственном доме? — Андрей, — тихо позвала я сына. — Ты с этим согласен?
Я — нищая пенсионерка?
Сын поднял глаза, в которых читалась растерянность и страх, как у побитой собаки, заранее предчувствующей наказание, но надеющейся избежать его.
Он ерзал на стуле, стараясь стать менее заметным. — Мам, ну зачем ты начинаешь? Тамара просто говорит, что сейчас идут перераспределения финансов.
Ты сама хотела жить ближе к природе, к лесу. — Я хотела передать сыну наследство, а не превратиться в приживалку без прав на собственный дом, — спокойно, но твердо ответила я, ощущая, как внутри воцаряется ледяное спокойствие.
Тамара закатила глаза, демонстрируя, как ей надоели эти разговоры. — Ой, началась драма, Нина Петровна, не нервируйте нас, ешьте устрицы, пока дают.
Документы поданы, процесс в движении, так что расслабьтесь и наслаждайтесь статусом любимой бабушки, если будете себя хорошо вести.
Фраза «если будете вести себя хорошо» стала последней каплей, но вместо слез и истерики ко мне пришло удивительное спокойствие и ясность.
В голове воцарилась холодная и чистая тишина, словно в морозное утро распахнули окно и выветрили весь дым.
— Ты права, Тамара, — произнесла я ровным голосом, доставая смартфон. — В наше время решают технологии и скорость реакции. — Что вы там копаетесь? — усмехнулась невестка. — Опять открытки друзьям отправляете или погоду в Приморске проверяете? — Интернет тут у вас еще хороший… пока, — пробормотала я, не поднимая взгляда, и разблокировала экран.
Автоматическим движением я нашла приложение «Госуслуги», ведь никогда не была той беспомощной старушкой, которой меня пытались выставить.
Зайдя в личный кабинет, обнаружила заявление о переходе прав собственности от четырнадцатого сентября со статусом «На регистрации».
До окончания регистрации оставалось всего два дня, но внизу, мелким шрифтом, была кнопка, которую многие в волнении пропускают.
Я нажала на заявление, экран сменился, и передо мной появилась заветная надпись: «Отозвать заявление».
Палец замер над экраном на мгновение, пока я посмотрела на сына, который наливал Тамаре очередной бокал вина.
Он выбрал сторону не сейчас, а гораздо раньше, когда впервые позволил ей так обращаться со мной, и теперь каждый вправе принимать собственные решения.
Система выдала стандартное предупреждение о необратимости действия для текущей заявки.
Я нажала «Да» с уверенностью, какой не испытывала уже много лет.
Экран мигнул, подтверждая, что запрос на отмену регистрации отправлен.
