Повернувшись к свекрови, которая сидела в оцепенении от шока, Тамара завершила свой ультиматум: — Надежда Викторовна, я пойду в ванную на час.
Если к окончанию этого времени на столе не окажется праздничного ужина из доставки — я соберу вещи и уйду.
Она захлопнула дверь ванной, пустила воду и, опускаясь по холодному кафелю, начала горько рыдать от страха.
В голове не прекращали мелькать тревожные мысли: «Всё, дело сделано.
Конец».
Она была уверена, что свекровь сейчас же позвонит Игорю, и он, разозлившись, моментально вернётся домой, а вечером с криками «неблагодарная дрянь!» выгонит её вместе с детьми на улицу.
Через час Тамара собрала волю в кулак и вышла.
Кухня была пуста, дети сидели тихо в своих комнатах.
Ни Игоря, ни свекрови не было, а на столе так и не появилось праздничного ужина из доставки.
Внутренний голос сомневался и предательски нашёптывал, что поступила неправильно, что стоило потерпеть.
Но другая часть души ясно осознавала — жить так дальше было невозможно.
Тамара направилась в спальню, безысходно укрылась с головой под одеяло и приготовилась к разводу.
Спустя три часа в коридоре раздался хлопок двери — вошёл Игорь.
На кровати Тамара сжалась.
Муж молча сел на край постели, его лицо выражало потрясение, но не злость. — Послушай… — тихо сказал он. — Тамарочка…
Почему ты молчала?
Почему за пятнадцать лет ни разу не рассказала, что мама тебя так утомляет своими подругами?
Почему не сказала, что устала от этой «индивидуальной» готовки и всего прочего?
Оказалось, что Игорь совсем не воспринимал это как проблему!
Тамара всегда улыбалась и соглашалась.
Он искренне полагал, что жена получает удовольствие, практикуясь дома!
