Это была типичная сцена семейного вечера, если бы не особые обстоятельства.
Она повернула ключ в замке и тихо вошла в дом.
На кухне свет горел, создавая уютную атмосферу.
Стол был накрыт для троих.
Игорь сидел рядом с Мишей, показывая ему что-то на экране телефона. «Смотри, это наш двор, — говорил он мальчику. — Здесь есть качели и горка. Завтра пойдем гулять».
Миша кивал, но Ольга заметила, как он постоянно бросает взгляды в сторону двери, словно ожидая ее возвращения. «Тетя Оля!» — мальчик вскочил со стула и бросился к ней. «Я думал, вы не вернетесь».
Эти слова оказались болезненнее любых упреков.
Ребенок уже пережил слишком много расставаний за свою недолгую жизнь, чтобы не бояться каждого ухода взрослого. «Я вернулась», — тихо произнесла Ольга, присев рядом с ним. — «Я просто была у бабушки».
Бабушка! В глазах Миши заискрилась надежда.
Ольга взглянула на Игоря поверх головы мальчика.
Муж избегал их встречного взгляда, ясно понимая, что разговор еще не закончен, но сейчас не время выяснять отношения. «Бабушка очень добрая и печет отличное печенье», — Миша расцвел от радости и вернулся к столу.
Игорь сдвинул ближе тарелку с котлетами. «Я приготовил твои любимые», — сказал он Ольге, и в его голосе звучала неуверенность.
Она села за стол, наблюдая, как мальчик осторожно разрезает котлету на маленькие кусочки.
Его движения были слишком бережными для шестилетнего ребенка, очевидно, в Кобеляках его учили ценить еду. «Миша, расскажи немного о себе», — мягко попросила Ольга, — «Что тебе нравится делать?» — «Я умею читать», — гордо заявил мальчик, — «И считать до ста! А еще люблю рисовать, но у меня нет карандашей». — «Завтра обязательно купим», — пообещал Игорь.
Ольга заметила, как глаза ребенка загорелись.
Сколько же раз он слышал обещания, но как мало из них исполнили.
После ужина Игорь повел Мишу купаться, а Ольга занялась мытьем посуды.
Руки работали автоматически, а мысли путались.
С одной стороны, поступок мужа был провокационным, с другой — мальчик был здесь, и она уже примирилась с мыслью, что у него теперь есть семья.
Из ванной доносился смех.
Игорь рассказывал какую-то забавную историю, а Миша смеялся.
Звук детского смеха в их квартире был новым и одновременно согревающим.
Ольга подошла к окну и взглянула во двор.
Там действительно висели качели, на которых она любила кататься в детстве.
Удивительно, почему раньше она не замечала их, мечтая о будущих детях.
«Тетя Оля», — Миша появился в дверях кухни, на нем была огромная пижама Игоря. — «А где я буду спать?» — «На диване в зале», — ответил за нее Игорь. — «Завтра купим тебе собственную кровать и обустроим комнату». — «А можно я посплю с вами? Я обещаю не мешать. Просто… в Кобеляках мы не спали одни».
Ольга почувствовала, как комок подступает к горлу.
Ребенок боялся остаться один в незнакомом доме. — «Конечно, можно», — сказала она, не поднимая взгляда на Игоря. — «Принеси подушку и одеяло».
Миша радостно побежал в зал, а Игорь приблизился к жене. — «Спасибо», — тихо произнес он. — «Я знаю, ты злишься, но не сейчас», — прервала его Ольга. — «При ребенке мы это не обсуждаем».
Мальчик долго ворочался, явно не привыкший к мягкой постели, но постепенно его дыхание стало ровнее.
Ольга лежала, глядя в потолок, ощущая рядом сопящего малыша. — «Он хороший мальчик», — прошептал Игорь в темноте. — «Да, хороший», — согласилась Ольга. — «Но ведь дело не в этом?»
Тогда в чем же?
Ольга повернулась к мужу.
В полумраке она различала его силуэт, знакомый до мельчайших деталей. — «В том, что ты принял решение без меня, — сказала она. — В том, что ты меня обманул. В том, что поставил этого ребенка в положение, когда он снова может остаться без семьи».
Игорь долго молчал. — «Я боялся, что ты откажешься», — наконец признался он. — «Мы так долго пытались, потратили много денег на врачей, и всё было безуспешно». — «И ты решил, что знаешь лучше меня, чего я хочу?» — «Я решил, что нам нужен ребенок. Любой ребенок. Разве это не главное?»
Ольга посмотрела на спящего Мишу.
Мальчик во сне хмурился, словно даже в полусне не мог расслабиться полностью.
Маленькая ладошка сжимала край одеяла. — «Самое главное — это честность между нами. А ты обманывал меня целыми месяцами». — «Я не обманывал, я просто не говорил», — ответил Игорь. — «Это то же самое».
Он повернулся на бок лицом к ней.
В его глазах читалась мольба о прощении. — «Ольга, я сделал это ради нас, ради нашей семьи. Разве ты не хочешь быть мамой?» — «Хочу. Но не таким способом. Не через ложь и давление».
Миша во сне что-то пробормотал и прижался теплом к руке Ольги, вызывая в ней неожиданное чувство нежности.
Утром Ольга проснулась раньше всех.
Миша спал, раскинув руки, и его лицо выглядело расслабленным и совсем детским, без той настороженности, что обычно была в его глазах.
Она тихо поднялась и направилась на кухню готовить завтрак.
Нужно было накормить ребенка, и это требование момента оттеснило все остальные заботы на задний план.
Миша появился на кухне, когда она жарила яичницу.
Его волосы были взъерошены, а пижама сползла набок. — «Доброе утро, тетя Оля!» — «Доброе утро. Как спалось?» — «Хорошо». — «А дядя Игорь еще спит?» — «Спит. Он любит подольше поспать в выходные».
Мальчик кивнул и уселся за стол.
