— Алисонька, зайка… — Марина присела на край кровати. — Маме нужно уйти. Очень ненадолго. Это для нас, понимаешь? Чтобы у нас был новый дом. Я оставлю тебе сок, печенье, включу планшет. Ты полежишь тихо-тихо? Я скоро вернусь, обещаю!
Пятилетняя девочка посмотрела на мать глазами, в которых застыла мудрость старика.
— Иди, мам. Я буду как мышка.
Марина летела на собеседование, не чувствуя ног. В офисе всё прошло блестяще — её опыт и знание языков впечатлили директора. Её приняли. Выходя из здания, Марина впервые за долгое время улыбнулась. Она уже представляла, как купит Алисе фрукты и тёплый плед.
Но город решил иначе.
На мосту произошла страшная авария. Автобус, в котором ехала Марина, встал намертво. Пробка растянулась на километры.
Марина металась по салону, умоляла водителя выпустить её, но двери были заблокированы правилами безопасности на скоростном участке.
Прошёл час. Два. Два с половиной. Телефон Марины разрядился и погас. В голове пульсировала одна мысль: «Алиса одна. В жару. В чужой квартире».
Когда она наконец вырвалась из автобуса и пробежала три квартала, она влетела в подъезд, задыхаясь от хрипа в легких.
В квартире было подозрительно тихо. Марина ворвалась в их комнату — кровать была пуста.
— Алиса! — закричала она, теряя рассудок.
Из кухни вышла Зинаида Марковна. Её лицо было бледным, а в руках она сжимала стакан воды.
— Где она? Где моя дочь?! — Марина вцепилась в плечи старушки.
— Увезли её, Мариночка… Скорая увезла. Она вышла в коридор, совсем слабенькая была, упала… Я зашла, а она в бреду. Шепчет: «Не выгоняйте нас, мы чужие, мы будем тихо…»
Марина рухнула на колени прямо в прихожей.
— Я вызвала врачей, — продолжала Зинаида Марковна, и в её голосе послышались слёзы. — Они спрашивали, где мать, почему ребёнок один в таком состоянии… Приехала полиция, составили протокол. Сказали, оставление в опасности.
Марина сидела на грязном полу, и её новая работа, её «белая зарплата» и надежды на будущее казались теперь злой шуткой. Она получила всё, к чему стремилась, но цена оказалась непомерной.
—
Финал
Прошло три месяца.
Марина сидела на скамейке перед зданием суда.
В руках она держала ту самую справку о доходах с новой работы — идеальный документ, подтверждающий её благонадёжность.
У неё была чистая квартира, полная еды и игрушек. У неё было всё, кроме главного.
Алису ей так и не вернули.
Система, запущенная в тот злополучный день, сработала безупречно. Тамара Петровна, узнав о случившемся, внезапно «вспомнила» о внучке.
Она наняла дорогих адвокатов и предоставила суду характеристики на Марину как на «нестабильную мать, бросающую больного ребёнка ради карьеры».
Свекровь не хотела воспитывать девочку — она хотела наказать Марину, отобрать у неё последнее, что напоминало об Артёме.
