Там жить невозможно никому. — Отчим — это не отец.
Ты уверен, что хочешь ввязываться в это? — Нет, не хочу.
Но я уже в этом деле.
И не могу отступить. — Тогда пусть она даст тебе деньги на телефон и уйдёт.
Никаких дополнительных условий! — Иногда думаю: зачем я вообще на тебе женился? — Потому что я умная, красивая и практичная.
Кто-то должен думать за нас двоих, — сухо ответила Оксана.
Игорь только покачал головой и сменил тему: — Пойду покормлю Олю.
Услышав своё имя, девочка быстрым движением вернулась в комнату и села перед телевизором, делая вид, что сидела там всё время.
Одно она поняла точно: Оксана — не подруга.
С ней надо быть на чеку.
После ужина Оля вернулась в свою комнату и задумалась.
Дома она всегда знала, чего ждать от отчима.
А здесь… ей казалось, что она чужая.
Тем временем Игорь набрал номер Марины и написал: «Марина, это по поводу Оли и её матери.
Нужно поговорить.
Через полчаса в кафе?» Ответ пришёл почти мгновенно.
Они договорились встретиться.
В кафе Игорь сразу узнал Марину — она сидела у окна, и в её глазах не было раздражения или подозрительности.
Лишь спокойствие и интерес. — Вы Марина?
Игорь.
Это я вам писал, — представился он, подходя к столу.
Женщина оглядела его, словно вспоминая, и улыбнулась: — Здравствуйте.
Чем могу помочь?
Он сел напротив, немного волнуясь, и начал: — Вы хорошо знали Татьяну? — Мы были очень близки.
Действительно близки. — Тогда я расскажу вам одну историю.
А вы скажете, знали ли вы об этом.
Марина удобно устроилась, готовая слушать внимательно. — Восемь лет назад я встретил девушку… Это была любовь с первого взгляда.
Я встретил её в поле, где местные собирали сено.
Я работал в мастерской, делали вещи из эпоксидной смолы.
А она стояла среди травы — высокая, стройная, с длинными волосами.
Её звали Аня.
Я приезжал к ней каждый день.
Мы гуляли, болтали… Я никуда не торопил.
И когда она решила — всё случилось.
А потом она пропала.
Никто не мог объяснить, куда.
То ли родители забрали, то ли ушла в монастырь — глупости.
Но перед этим я подарил ей кулон.
Кленовый листочек, найденный на дороге.
Я залил его смолой, добавил божью коровку и сделал шнурок.
Она радовалась, как ребёнок.
И вот сегодня я увидел этот кулон на шее Оли.
Я знаю, что её мама умерла.
Но, возможно, у неё есть настоящий отец?
Может, стоит его найти?
Игорь замолчал, ожидая реакции.
Марина посмотрела на него, и выражение её лица начало меняться.
Как будто догадка внезапно осветила её мысли. — Теперь я расскажу вам, — начала она, взяв его руку в свою ладонь. — Мы с Аней подружились, когда она уже была замужем за Сергеем и воспитывала маленькую Олесю.
Мы быстро стали близкими подругами — возможно, потому, что обе чувствовали одиночество.
У неё был муж, у меня — никого.
Однажды она не поехала к матери на день рождения.
Родные стали звонить и упрекать.
Аня отключила телефон и пришла ко мне.
Сидела на кухне и плакала. — Они хотят, чтобы я улыбалась им в лицо! — говорила она. — А я не могу.
Мама разрушила мою жизнь.
Отец всю жизнь ей потакал.
А я любила другого.
Любила до боли.
Он был старше, но такой заботливый, добрый.
Приезжал почти каждый день.
Подарил мне кулон… кленовый листочек, найденный на дороге… Она показала мне его.
Я сразу поняла — это уникальная вещь, сделанная с душой.
Потом она пошла проверить, спит ли Оля, и продолжила: — Он хотел, чтобы мы были вместе.
Но я не решалась.
Мама была категорически против.
Говорила, что он не из нашего круга.
Что он — просто деревенский мастер.
Что он ничего не значит.
А он значил всё для меня… «Когда я узнала, что беременна от него, меня охватило такое счастье, что я чуть не сошла с ума, — продолжала Марина. — Но когда рассказала маме, та пришла в ярость.
Сказала: «Отец будет в бешенстве!
Твой нищий возлюбленный — позор семьи.
А теперь ещё и ребёнок — это катастрофа!» Она потребовала сделать аборт.
Я отказалась.
Тогда она предложила мне выйти замуж за сына богатых друзей семьи.
Мол, никто не догадается, что ребёнок не от него.
