Илья, услышав шум, вышел из своей комнаты и спросил: — Мам, почему тётя Ира и тётя Наталья не приедут?
— Мы же с ребятами договорились в новую игру сыграть… — Потому что у нас не проходной двор, — резко ответила Тамара, удивляясь собственной твердости. — И вообще, надоело всё время ходить в гости.
Поиграешь у себя в комнате.
Она даже не заметила, как в глазах сына мелькнула сначала растерянность, а затем обида. — Но мам… — Никаких «но»! — перебил Сергей. — Илья, марш к себе!
Мальчик исчез за дверью, а Тамара продолжила читать сообщения, которые становились всё более язвительными. — Мы дружим пятнадцать лет, а вы из-за каких-то мелочей… — писала Ира. — Мелочей?! — возмутилась Тамара вслух. — Сергей, ты слышишь это?
Они наши продукты называют «мелочами»! — А что ты ожидала? — усмехнулся муж. — Теперь их настоящая сущность проявилась.
Дни, что последовали, превратились в бесконечную череду взаимных упрёков.
Бывшие подруги забрасывали Тамару сообщениями, но каждое из них лишь укрепляло её и Сергея в решении. — Посмотри на них, — говорила она мужу, показывая очередное злое письмо. — Всё им должны, им всё мало.
А сами?
Ира, наверное, покупала свои закуски в самой дешёвой сетевой точке, а строит из себя кулинарного гуру.
А Наталья?
Подумаешь, два дня салаты готовила.
У неё же, видимо, больше нечего делать, дома сидит. — Знаешь, — сказала как-то вечером Тамара, — может, так даже лучше?
Я давно заметила, что они только брать умеют.
Ира вечно в долг просила, Наталья постоянно жаловалась и требовала сочувствия.
А что мы от этой дружбы получили?
Сергей кивнул в знак согласия: — Я всегда это видел, просто ждал, когда ты сама осознаешь.
Каждое резкое слово в адрес бывших подруг словно снимало с них груз прошлых обид.
В Бобровице многое тоже изменилось.
Сергей начал ремонт — давно планировали, но постоянно откладывали из-за частых гостей.
Теперь никто не мешал. — Представляешь, — рассказывала Тамара, разбирая холодильник, — раньше мы всегда готовили с запасом.
А вдруг кто-то зайдёт?
Теперь — только для нас двоих.
И денег стало уходить меньше, и продукты не портились.
Они выстраивали свой новый, небольшой, но исключительно личный мир.
К следующему Новому году подготовились иначе.
Без лишних затрат, без компромиссов.
Тамара сделала ровно столько, сколько могли съесть втроём. — За нас! — подняла бокал Тамара. — За то, что никому не позволим пользоваться нашей добротой!
Она больше не чувствовала сожаления о разрушенной дружбе.
В конце концов, решила она, лучше быть немного эгоистами вдвоём, чем позволять другим испытывать себя на прочность.
Остатки с того памятного праздника они выбросили без тени угрызений — это была их заслуженная добыча.
История завершилась.
Остался лишь горький осадок.
