В её лице Марина не увидела той самоуверенной наглости, к которой внутренне уже приготовилась. Перед ней стояла измученная женщина — растерянная, испуганная, злая, но эта злость была направлена не на Марину. Наталья, похоже, отлично осознавала, что оказалась втянута в чужую неприятную историю и теперь не представляла, как из неё выбраться без потерь.
— Машина у вас есть? — спросила Марина уже спокойнее.
— Есть, — глухо ответила Наталья.
— В городе есть кто-то из близких, у кого можно остановиться хотя бы на ночь?
Игорь помолчал несколько секунд, будто прикидывал варианты, потом сказал:
— У моей сестры можно. Но у неё однокомнатная квартира, с детьми будет тесно и неудобно.
— Неудобство не даёт права жить в чужом жилье без разрешения собственницы, — ровно произнесла Марина.
Игорь опустил взгляд и кивнул.
— Понимаю. Вы правы.
Наталья прижала ладони к лицу.
— Я ведь чувствовала… Говорила тебе, Игорь, что всё слишком хорошо складывается. Квартира нормальная, заехать можно сразу, договора нет, только расписка… А ты твердил: он родственник, не подставит.
Игорь не стал оправдываться. Только сжал губы и отвернулся.
Марина вышла из кухни и прошла в гостиную.
Дети сидели тихо, напряжённо следя за ней. Девочка крепко обнимала того самого плюшевого зайца, словно он мог защитить её от происходящего. Мальчик уже не играл — планшет лежал у него на коленях, экран погас.
— Вам нужно будет собрать свои игрушки, — сказала Марина мягче, чем разговаривала со взрослыми. — Родители сейчас всё объяснят.
Девочка едва слышно спросила:
— Нас выгоняют?
Марина присела рядом с ней, но не стала изображать нежность, которой сейчас в себе не находила.
— Взрослые договорились неправильно, — ответила она осторожно. — Вы с братом ни в чём не виноваты. Сейчас мама и папа соберут вещи, и вы поедете в другое место.
Девочка молча кивнула, но нижняя губа у неё предательски задрожала.
Марина поднялась.
К детям у неё не было никаких претензий. Они не выбирали, где ночевать, не брали чужие ключи и не расписывались за чужую квартиру. Но от этого легче не становилось: каждая секунда, пока посторонние люди находились в её доме, будто оставляла внутри царапину.
Она вернулась на кухню.
— Начинайте собираться. Дмитрий скоро будет.
Пока Наталья в спальне торопливо складывала вещи, Марина стала обходить квартиру, проверяя, до чего уже успели добраться чужие руки.
В ванной на её полке стояли незнакомые шампуни и детский гель для душа. В корзине для белья лежали полотенца, явно взятые из её шкафа. На стиральной машине сушились маленькие носки.
В кабинете она застала Игоря у стеллажа.
Он тут же отступил на шаг, будто его поймали на чём-то постыдном.
— Я просто коробку забирал, — поспешно объяснил он. — Мы туда провода сложили.
Марина ничего не сказала, только кивнула и подошла ближе к полкам. Почти сразу она заметила: папки стояли не так, как она их оставляла. Один конверт оказался вскрыт.
— Кто это трогал? — спросила она, взяв конверт в руки.
Игорь нахмурился.
— Не я.
Из спальни донёсся голос Натальи:
— Дмитрий смотрел. Сказал, надо убедиться, что там нет ваших личных вещей, которые лучше убрать подальше.
Марина замерла.
Потом медленно раскрыла конверт.
Внутри лежали копии старых документов на квартиру, страховые бумаги и квитанции. Ничего такого, что можно было бы назвать особенно ценным, там не было. Но сам факт, что Дмитрий копался в её документах, заставил её несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы не сорваться на крик.
Она достала телефон и начала всё фиксировать: вскрытый конверт, приоткрытый ящик, чужие вещи в комнатах, чемоданы в коридоре, детскую коляску, расписку на тумбе.
Игорь смотрел на неё тяжело и настороженно.
— Вы заявление писать будете?
Марина подняла на него глаза.
— Пока я фиксирую то, что произошло. А дальше всё будет зависеть от Дмитрия.
— Он нам деньги вернёт? — спросил Игорь уже тише.
— Это спрашивайте у него. Но из моей квартиры вы съезжаете в любом случае.
Игорь стиснул челюсти, но спорить не стал. Только коротко кивнул.
Дмитрий приехал через тридцать пять минут.
Марина услышала, как в замке торопливо повернулся ключ. Значит, комплект у него действительно остался, и он даже не пытался это скрывать.
Он вошёл в прихожую и сразу увидел всё: чемоданы у стены, Игоря с сумками, Наталью с покрасневшим от напряжения лицом и Марину, стоящую возле зеркала с папкой в руках.
— Марин, ты только не начинай… — начал он с порога.
Она молча протянула ладонь.
— Ключи.
Дмитрий не сразу полез в карман. Сначала попытался натянуть привычную примирительную улыбку.
— Я сейчас всё нормально объясню.
— Ключи, — повторила Марина.
Он раздражённо дёрнул плечом, достал связку и снял с неё два ключа на старом брелоке.
Марина забрала их и тут же спросила:
— Ещё комплекты есть?
— Нет.
— Подумай, прежде чем отвечать.
Дмитрий шумно выдохнул.
— Я же сказал — нет.
Игорь резко шагнул к нему.
— Деньги возвращай.
Дмитрий повернулся к нему с таким видом, будто тот выбрал крайне неподходящий момент.
— Подожди. Сейчас разберёмся.
— С чем разберёмся? — голос Игоря сорвался. — Ты сказал, что квартира ваша с бывшей женой. Сказал, что можешь нас сюда пустить. Деньги взял.
Дмитрий бросил быстрый взгляд на Марину.
— Я не говорил, что квартира моя. Я сказал, что вопрос можно решить.
Наталья вышла из спальни, прижимая к себе детскую сумку.
— Ты сказал: живите спокойно, хозяйка не будет против.
Дмитрий вспыхнул.
— Я думал, Марина не станет возражать! Квартира же пустовала!
Марина коротко рассмеялась, но в этом смехе не было ни капли веселья.
— То есть ты решил подумать за меня?
— Я людям помочь хотел!
— За их деньги?
Дмитрий открыл рот, но подходящего ответа не нашёл.
Марина положила расписку на тумбу так, чтобы её было видно всем.
— Ты взял с них деньги за мою квартиру. Завёл посторонних людей в мою спальню. Разрешил пользоваться моими вещами. Открывал шкафы. Лез в мои документы. И после этого собираешься рассказывать, что просто хотел помочь?
Дмитрий провёл ладонью по затылку.
— Марин, не раздувай. Они бы пожили неделю. Ну две максимум. Я потом собирался тебе сказать.
— После того как я вернулась бы и увидела в своей квартире чужую семью?
— Да ничего бы с тобой не случилось.
Наталья резко повернулась к нему.
— Ты вообще себя слышишь? Мы с детьми здесь ночевали! А если бы она вызвала полицию и нас повезли разбираться?
— Никого бы никуда не повезли, — пробурчал Дмитрий. — Успокойтесь уже.
Марина посмотрела на бывшего мужа так пристально, что он первым отвёл глаза.
— Деньги ты возвращаешь им сейчас.
— У меня нет всей суммы наличными.
— Переводом.
— Марин, не командуй.
— Тогда я звоню в полицию, и вы все будете объяснять происходящее уже при сотрудниках. У меня есть расписка, фотографии квартиры и твой комплект ключей.
Дмитрий налился краснотой. У висков проступили пятна.
— Ты всегда любила давить.
— А ты всегда любил брать чужое и делать вид, будто имеешь на это право.
Фраза попала точно.
Дмитрий резко отвернулся, достал телефон и начал переводить деньги Игорю.
Игорь стоял рядом и не отводил взгляда от экрана. Когда телефон в его руке коротко звякнул, он проверил уведомление и сказал:
— Пришло.
— Вся сумма? — уточнила Марина.
— Да. Полностью.
— Тогда забирайте оставшиеся вещи.
Сборы растянулись почти на час.
Наталья молча доставала вещи из шкафа, складывала детскую одежду, собирала косметику, полотенца, зарядки, пакеты с мелочами. Каждый раз, когда среди Марининых вещей обнаруживалось что-то чужое, лицо Натальи краснело ещё сильнее.
— Простите, — наконец тихо произнесла она, когда они на минуту остались в спальне вдвоём. — Я понимаю, вы не обязаны меня слушать. Но мы правда не знали.
Марина посмотрела на неё без прежней резкости.
— Вы должны были заключать нормальный договор с собственником.
— Должны были, — признала Наталья.
— И документы проверить.
Наталья снова кивнула.
— Да. Просто… когда у тебя двое детей, старая съёмная квартира внезапно срывается, вещи уже собраны, а тебе говорят: есть вариант, заезжайте хоть сегодня… В голове всё отключается.
Марина не стала её утешать вслух. Но злость на Наталью почти исчезла.
Вся ярость теперь была направлена только на Дмитрия.
— Заберите игрушки с кровати, — сказала она.
— Сейчас.
В прихожей Дмитрий тем временем пытался что-то объяснять Игорю вполголоса.
— Ну чего ты теперь злишься? Деньги же я вернул.
— Ты нас подставил.
— Никто никого не подставлял.
Игорь поставил тяжёлую сумку на пол и посмотрел на него в упор.
— Ты поселил моих детей в чужой квартире. Ты это вообще понимаешь?
Дмитрий поморщился.
— Да хватит уже.
Марина вышла из спальни и остановилась рядом с ними.
— Дмитрий, ты остаёшься здесь до конца и смотришь, чтобы они забрали всё своё. После этого мы едем ко мне за вторым комплектом ключей, который ты наверняка где-то держишь.
Он резко дёрнулся.
— Никуда я не поеду.
— Поедешь.
— Ты мне уже никто, чтобы мной распоряжаться.
— Именно, — спокойно ответила Марина. — Я тебе никто, поэтому никакого права пользоваться моим жильём у тебя нет.