— Ты что, серьезно?! — Игорь сорвался на крик. — Из-за какой-то бумажки ты бросишь мать в холодном доме? Да ты знаешь, какая ты эгоистка?!
Елена нажала «отбой». Она не стала плакать. Она просто начала собирать вещи.
Через два дня она приехала в Заречье. Не для того, чтобы ругаться, а чтобы забрать свое. Мария Степановна встретила её на крыльце, пряча глаза. Она выглядела постаревшей и какой-то испуганной.
— Леночка, ты только не сердись… Игорь — наследник, так по справедливости. Мужчина должен быть при земле. А ты… ты же у нас умница, ты всё понимаешь.
Елена молча прошла в сарай. Она вынесла оттуда новенький мотоблок, который купила прошлой осенью, дорогой набор садовых инструментов, мойку высокого давления. Она вынесла из дома плазменный телевизор, микроволновку и даже шторы, которые заказывала по индивидуальным меркам.
— Ты что же это, дочка? — всплеснула руками мать. — Грабёж средь бела дня? Родного брата обираешь?
— Я забираю то, что куплено на мои деньги, мама. По чекам. Игорь ведь хотел «свой» дом? Пусть обживает его с нуля. Это очень полезный опыт для «настоящего мужчины».
Она уехала, не оглядываясь. В зеркале заднего вида отражался красивый дом с новой крышей, который теперь казался ей просто дорогой декорацией к чужой пьесе.
—
Прошло полгода.
Осень в тот год выдалась ранней и гнилой. Елена сидела в своей городской квартире, слушая, как дождь барабанит по стеклу. За это время она ни разу не позвонила матери. Мать звонила сама — сначала с обвинениями, потом с просьбами, а в последний месяц — с плачем.
Игорь привез в дом Оксану. Оксана оказалась женщиной с характером: она быстро объяснила Марии Степановне, что две хозяйки на одной кухне — это перебор. Мать переселили в маленькую комнатку-кладовку на первом этаже, которую когда-то Лена планировала переделать в гардеробную.
Котел Игорь так и не починил — вызвал какого-то умельца из соседней деревни, тот что-то подкрутил, и через неделю система отопления окончательно «встала», разморозив трубы в одной из комнат.
