— Она всё портит!
Это невозможно терпеть! — вырвалось у Ольги. — Ты хочешь, чтобы я её послал куда подальше? — прищурился Алексей. — Она для меня дороже всех на свете, она меня одна воспитывала, если бы не она, я бы оказался в детском доме, а ты так о ней говоришь, это… — Я понимаю, понимаю… Но… ведь мы с тобой… — Оля попыталась подобрать слова, но безуспешно.
Она заметила, что муж её не понимает.
Или просто не желает понять. *** — Моя первая свекровь тоже была не подарок, но эта!.. — делилась Оля с подругой Ириной. — Подожди, — прервала её Ирина. — Ты же говорила, что эта — не свекровь!
У Алексея родители погибли. — Да, всё именно так.
Ему было всего два года, когда они умерли.
Воспитывала его бабушка, Нина Ивановна.
В мыслях я её называю свекровью.
Иногда даже вслух говорю, — улыбнулась Оля. — В общем, ей нужно огромное внимание, и всё равно этого мало. — А сколько ей лет?
Наверное, уже в преклонном возрасте?
Она же бабушка!
Алексею тридцать, значит ей, как минимум… — Ей семьдесят восемь, — ответила Оля. — В отличной форме, как огурчик!
Она заботится о своём здоровье.
Правда, предпочитает об этом не распространяться, нам знать не положено, иначе она не сможет играть роль смертельно больной… — Она действительно притворяется? — Ещё как!
И как вовремя у неё всегда случаются приступы!
Мы с мужем собираемся отдохнуть в выходные, поехать с друзьями на природу, а нет — утром звонит, едва говорит: «Алексей, что-то нехорошо… Боюсь упасть в обморок, удариться головой, и тогда никто не поможет…» Алексей пугается, и мы отменяем поездку.
Едем к ней, сидим рядом.
А вдруг она упадёт?
Но она не падает.
Измеряем давление, пульс, всё в порядке, хоть в космос лети!
Всё прекрасно!
Главное — что мы приехали, и тут же все болезни, будто рукой сняло. — Она далеко живёт? — Двадцать минут на машине, на другом конце города.
Так и ездим туда-сюда.
Про себя забыли, не отдыхаем, не гуляем.
