— Это кто такая? Твоя бывшая? И ты вообще понимаешь, куда её привёл?
Надежда не повысила голос.
Но в этих словах было столько холодной ярости, что даже воздух в прихожей будто стал плотнее.
Алексей замер на секунду, но тут же сделал вид, что всё в порядке.
Он небрежно сбросил куртку на пуфик, словно происходящее — обычная бытовая мелочь.
— Надь, не начинай… — протянул он, устало, но с показной уверенностью. — У Леры сложная ситуация. Временно поживёт у нас.
Слово «у нас» он выделил особенно.
Как будто проверял границы.
Лера, тем временем, уже прошла в квартиру.
Не спросив.
Не остановившись.
Она медленно сняла сапоги, поставила их у стены — не там, где стояла обувница, а прямо посреди прохода — и с интересом огляделась.
Её взгляд скользил по полкам, по книгам, по фотографиям.
Слишком уверенно.
Слишком… свободно.
⸻
Надежда стояла неподвижно.
В голове не было крика.
Не было истерики.
Было только одно ощущение:
её сейчас выталкивают из её же жизни.
— Ты забыл одну вещь, — спокойно сказала она. — Ты не спросил меня.
Алексей усмехнулся.
— Мы семья. Я имею право принимать решения.
— Нет, — ответила она. — Ты имеешь право обсуждать их.
⸻
Лера обернулась.
На её губах появилась лёгкая улыбка.
Она наблюдала. Ей нравилось.
