— Ольга, ты что, совсем забыла, как готовить? — голос Тамары Сергеевны эхом разнесся по кухне, заставив Ольгу вздрогнуть и чуть не порезаться ножом.
Она медленно отложила инструмент и обернулась.
Свекровь стояла в дверном проёме, скрестив руки на груди, и смотрела на разделочную доску с таким видом, будто там лежало что-то непригодное для еды. — Морковь следует нарезать тоньше!
И вообще, почему ты опять это… что?
Рагу?
Игорь после работы предпочитает горячий суп, я же говорила!
Ольга сжала губы.
Всего три дня.
Прошло всего три дня с тех пор, как Тамара Сергеевна приехала «на недельку», чтобы встретить Новый год.
Три дня, которые превратились в настоящее испытание. — Тамара Сергеевна, Игорь вчера сам попросил рагу, — Ольга пыталась говорить ровно, но голос выдавал её волнение. — Он сказал, что устал от супа каждый день. — Устал? — свекровь фыркнула и подошла к плите. — Мой сын всю жизнь обожал супы!
Это ты его избаловала разными салатами и овощами.
Мужчине нужна настоящая еда!
Ольга повернулась к разделочной доске и продолжила резать морковь.
Тоньше.
Ещё тоньше.
Лишь бы не смотреть на это самодовольное лицо. — А где Аня? — Тамара Сергеевна открыла холодильник и начала перекладывать баночки с места на место. — Опять носится во дворе?
В такую стужу! — Там минус пять, — не выдержала Ольга. — Это не мороз.
И она тепло одета. — Ну-ну, — свекровь покачала головой. — Потом по больницам побегаешь.
Хотя тебе не в первый раз, как я вижу.
В прошлом году сколько раз болела девочка?
Два раза.
Всего два раза за год простудилась Аня.
Но об этом, конечно, Тамара Сергеевна не вспоминала.
Дверь резко захлопнулась — пришёл Игорь.
Ольга почувствовала, как в груди сжалось что-то.
Сейчас всё начнётся. — Игорь!
Сынок! — Тамара Сергеевна бросилась в прихожую. — Вот наконец-то!
Почему так поздно?
Ты хоть поел на работе?
Ольга тут рагу готовит, а я говорю — суп надо!
Игорь появился на кухне, снимая куртку.
Лицо уставшее, взгляд потухший.
Он посмотрел на Ольгу, и она прочла в его глазах безмолвную просьбу: только не сейчас, не спорь. — Привет, — Игорь повесил куртку на спинку стула. — Мам, всё нормально.
Рагу — это хорошо. — Да что ты знаешь! — Тамара Сергеевна всплеснула руками. — Я же для тебя стараюсь!
Приехала помочь, а тут…
Ольга резко повернулась к плите.
Помогать.
Как же она устала от этого слова.
За три дня свекровь успела раскритиковать каждое блюдо, каждую вещь в квартире, каждое принятое решение.
Вчера она полчаса объясняла, что диван стоит неправильно, а шкаф надо было поставить к другой стене.
Позавчера устроила скандал из-за того, что Ольга купила не ту колбасу — «Игорь такую не любит!» — Игорь, иди руки помой, — Ольга старалась говорить как можно спокойнее. — Ужин через десять минут.
Игорь кивнул и направился в ванную.
Тамара Сергеевна осталась на кухне, продолжая перекладывать баночки в холодильнике. — Зачем ты йогурты на верхнюю полку поставила?
Они там замёрзнут!
Вот так нужно ставить — видишь?
Ольга молчала.
Она просто резала морковь и молчала.
Ещё четыре дня.
Всего четыре дня осталось.
Ужин прошёл в напряжённой тишине.
Тамара Сергеевна попробовала рагу и скривилась: — Мало соли.
И картошка твёрдоватая.
Ольга посмотрела на мужа.
Он ел молча, не поднимая глаз.
Аня сидела напротив и водила вилкой по тарелке, почти не касаясь еды. — Аня, кушай! — свекровь ткнула пальцем в тарелку девочки. — Ты что, не голодная? — Голодная, — тихо ответила Аня, взяв кусочек картошки. — Тогда ешь нормально, а не ковыряйся! — Тамара Сергеевна обернулась к Ольге. — Ты бы следила, как ребёнок ест!
Худенькая совсем стала, на что похожа!
Ольга сжала кулаки под столом.
Аня не худенькая.
Аня абсолютно нормальный, здоровый ребёнок.
Просто свекровь привыкла, что дети должны быть пухлыми, как в её детском саду тридцать лет назад. — Аня хорошо ест, — не выдержала Ольга. — Она просто не любит жареную картошку. — Не любит?! — свекровь приподняла брови. — Все дети её любят!
Это ты неправильно готовишь!
Игорь поднял глаза от тарелки: — Мам, хватит уже.
Всё вкусно. — Тебе-то что, ты и не такое бы съел, — Тамара Сергеевна махнула рукой. — А девочку надо правильно кормить!
Ольга встала и понесла свою тарелку к раковине.
Додумывать ужин она уже не могла — ком в горле мешал проглотить. — Куда ты? — удивлённо спросила свекровь. — Салат ещё есть! — Я не хочу, — Ольга открыла кран и начала мыть посуду.
За спиной послышалось недовольное сопение.
Ольга представила, как Тамара Сергеевна качает головой и бросает многозначительный взгляд на сына.
Мол, смотри, какая у тебя жена.
После ужина Аня ушла в детскую.
Ольга убрала на кухне и тоже собралась уйти, но свекровь преградила путь: — Подожди, я хотела поговорить.
Ольга застыла.
Вот оно.
Сейчас начнётся главное. — Я тут подумала, — Тамара Сергеевна села за стол и похлопала по соседнему стулу. — Садись, не стой.
Ольга нехотя присела. — Я вижу, что ты устала, — свекровь сложила руки на столе и посмотрела на неё с притворным сочувствием. — Работа, дом, ребёнок…
Может, тебе нужна помощь? — Какая помощь? — Ольга насторожилась. — Ну, я могла бы ненадолго к вам переехать, — улыбнулась Тамара Сергеевна. — Хотя бы на месяц.
Помогла бы с Аней, с приготовлением.
А ты бы отдохнула.
По спине Ольги пробежал холодок.
Месяц.
Целый месяц этого ада. — Спасибо, но мы справляемся, — она встала. — Мне нужно помочь Ане с игрушками разобрать. — Подожди! — свекровь тоже поднялась. — Ты что, обиделась?
Я же искренне хочу помочь!
Ольга вышла из кухни, не ответив.
В коридоре она прислонилась к стене и закрыла глаза.
Четыре дня.
Только бы вытерпеть эти четыре дня.
Из детской донёсся голос Ани: — Бабушка, я сама!
Мне не нужно помогать!
А затем — строгий голос Тамары Сергеевны: — Не капризничай!
Я лучше знаю, как игрушки раскладывать!
Ольга толкнула дверь детской и застыла на пороге. *** Аня стояла посреди комнаты с куклой в руках, а Тамара Сергеевна выхватывала у неё из рук пластмассовую посуду и складывала в коробку. — Тамара Сергеевна, что здесь происходит? — Ольга вошла в комнату. — Да вот, учу внучку порядку, — свекровь даже не обернулась. — Она тут устроила беспорядок!
Куклы разбросаны по полу, посуда раскидана.
В моём детском саду такого не было! — Я играла! — Аня крепко сжала куклу. — Я ещё не закончила! — Закончи скорее, — Тамара Сергеевна выпрямилась. — Уже восемь вечера, скоро спать.
И вообще, зачем ты так держишь куклу?
Платье помнёшь!
Ольга подошла к дочери и положила руку ей на плечо: — Аня, иди умываться.
Я сама тут приберу.
Девочка благодарно кивнула и вышла из комнаты.
Тамара Сергеевна посмотрела на Ольгу с укором: — Вот так ты её воспитываешь?
Сама должна была убрать! — Она уберёт завтра, — начала собирать игрушки Ольга. — Сейчас уже поздно. — Поздно?! — свекровь взмахнула руками. — В восемь вечера?
Когда я в саду работала, в восемь дети только готовились ко сну!
И все игрушки сами убирали! Ольга молча складывала кукольную посуду в коробку.
