С самого утра в доме царила такая суета, что Тамаре казалось, будто стены вот-вот задрожат.
Она проснулась ещё до рассвета, словно по внутреннему будильнику, и больше не смогла уснуть.
В этот день женился их единственный сын.
Иван.
Мальчик, которого она когда-то носила на руках, водила в детский сад, переживала из-за каждой простуды и первой двойки.
А теперь он стал взрослым мужчиной, мужем.
Тамара осторожно поднялась, чтобы не разбудить Сергея, накинула халат и направилась на кухню.
Там уже пахло свежим хлебом: она поставила тесто ещё с вечера, не доверяя ни магазинам, ни случаю.
Свадьба сына — не тот день, чтобы полагаться на чужие силы.
Всё должно быть сделано как следует, по-человечески, по-домашнему.
Она включила свет и внимательно осмотрела кухню, словно убеждаясь, что ничего не забыто.
Скатерть была выглажена, посуда вымыта, полотенце с народными узорами аккуратно сложено на столе.
Это полотенце вышила её мать, бережно хранившееся для особого случая.
И вот этот момент настал. — Господи, — тихо прошептала Тамара, перекрестившись, — пусть всё пройдет гладко.
Оксана жила с ними уже три месяца.
Сначала она чувствовала себя неловко, осторожно, будто боялась лишний раз пройти по коридору.
Но вскоре быстро освоилась и стала почти своей.
Тамара и Сергей были довольны ей безмерно.
Тихая, аккуратная, без лишних выкрутасов, без постоянных звонков и громкого смеха.
Всегда поднимется, поможет, спросит совета.
Не было ни одного резкого слова, ни одного недоброго взгляда.
Тамара хорошо помнила, как Иван впервые привёл Оксану знакомиться.
Тогда она сразу заметила: девушка вошла в квартиру, аккуратно сняла обувь у порога, не бросая её с вызовом, внимательно огляделась и тихо произнесла: — Здравствуйте.
Не «привет», не «здрасте», а именно так, уважительно и по-старинке.
И Тамара сразу поняла: хорошая.
Они с Сергеем всегда говорили, что будут рады любой девушке, которую выберет их сын.
Не им с ней жить, не им с ней детей растить.
Главное — чтобы Ивану было хорошо.
Остальное приложится.
Когда сын, немного волнуясь, рассказал, что Оксана выросла в детдоме, Тамара лишь пожала плечами.
Какая разница?
Человек либо хороший, либо нет.
А где он вырос — не его вина.
Сергей тогда добавил: — Зато она цену семье знать будет.
Но не все родственники оказались такими понимающими.
Слышались и шепотки, и косые взгляды, и разговоры за спиной. — Сноха без роду, без племени, — говорила одна из тёток. — Кто знает, что у неё на уме, — поддакивала другая.
Тамара старалась не обращать внимания.
Да и Оксана, казалось, не замечала этих разговоров.
Или делала вид, что не замечает.
С самого первого дня она стала называть Тамару «мамой Надей».
Тамара не возражала.
Сердце радовалось — значит, доверяет.
Оксана советовалась с ней по любым вопросам.
Как лучше приготовить борщ — с зажаркой или без.
Какие шторы выбрать для комнаты.
Какую ткань взять для платья.
Когда дошло до свадебного платья, они вместе объездили не один салон.
Тамара терпеливо сидела на диване, ожидая, когда Оксана выйдет из примерочной, вращалась перед зеркалом, смущённо улыбаясь. — Мам Надя, а это не слишком откровенно? — спрашивала она. — Нет, — честно отвечала Тамара. — Ты у нас невеста, а не монахиня.
И сама удивлялась, как быстро привыкла к мысли, что теперь у неё почти дочь.
Все заботы по подготовке к свадьбе взяли на себя Тамара и Сергей.
Молодым и так хватало хлопот: документы, работа, бесконечные списки гостей.
Тамара бегала по магазинам, договаривалась, составляла меню.
Сергей решал вопросы с машинами, музыкой и рестораном.
Денег не жалели: женят сына лишь раз.
И вот всё было готово.
К утру двор уже украшали наряженные машины.
Ленты развевались на ветру, шарики покачивались, словно тоже волновались.
Тамара в очередной раз прошлась по комнатам, убеждаясь, что всё на своих местах.
Иван ещё собирался, а Оксана сидела перед зеркалом — красивая, взволнованная, с едва заметно дрожащими руками. — Не волнуйся, — сказала Тамара, поправляя прядь волос. — Всё будет хорошо.
Оксана кивнула, но улыбка получилась натянутой.
Тем временем Сергей никак не мог отыскать свои запонки.
Он ходил из комнаты в комнату, заглядывая в ящики и бормоча себе под нос.
Тамара начала нервничать. — Господи, бери любые! — не выдержала она. — Что ты никак не соберёшься, будто ты женишься, а не сын! — Да я специально их приготовил, — оправдывался Сергей. — Те, с камнями.
Услышав разговор, Оксана тихо вышла из комнаты, подошла к тумбочке, открыла верхний ящик и достала запонки. — Вот они, папа Сергей.
Он растерялся. — Нашла… А я тут… Тамара посмотрела на Оксану с благодарностью.
Вот внимательная.
Всё замечает, всё запоминает.
Когда все наконец были готовы, Тамара на мгновение задержалась в коридоре, оглядела дом.
Будто прощалась с чем-то прежним.
Сегодня в их жизни начинался новый этап.
И, несмотря на тревогу, в сердце разливалось тёплое чувство — чувство прожитых правильно лет, достойно воспитанного сына и надежды на светлое будущее.
