Иван пробормотал что-то невнятное о перспективах и возможностях, не упомянув, что первая вакансия ему совершенно не подходит, а на втором собеседовании он особо не старался произвести впечатление.
Шестой день прошёл в тревожном ожидании.
Никто не звонил.
Иван сидел за компьютером, но даже игры уже не приносили прежнего удовольствия.
Он ощущал, как над ним сгущаются тучи, но всё ещё надеялся, что Тамара смягчится, простит и даст ему ещё немного времени.
Седьмой день начался с телефонного звонка.
Вторая компания предложила ему должность.
Можно начинать хоть завтра.
Иван попросил день на размышления — ведь это важное решение, нельзя принимать его поспешно. — Хорошо, — ответили ему. — Ждём вашего решения до вечера.
Он повесил трубку и застыл в нерешительности.
Вот оно — предложение.
Нормальная работа, достойная зарплата, недалеко от Одессы.
Осталось только сказать «да».
Простое слово.
Но что-то внутри упиралось.
А вдруг завтра появится что-то лучше?
А если он поспешит и упустит действительно стоящий шанс?
Может, стоит подождать ещё немного?
Вечером Тамара пришла домой и молча начала складывать его вещи в сумку. — Что ты делаешь? — он вскочил с дивана. — Прошло уже семь дней, — её голос был спокойным, но руки дрожали. — Ты нашёл работу? — Мне предложили! — вырвалось у него. — Звонили сегодня утром!
Я выхожу завтра!
Она застыла, держась за его рубашку, затем медленно повернулась к нему: — Правда? — Да!
Клянусь!
Хочешь, покажу звонок на телефоне?
Тамара опустилась на край кровати.
На её лице на мгновение появилась надежда — робкая, осторожная, но живущая. — И ты согласился?
Дал им чёткий ответ?
Иван колебался.
Всего на секунду, но этого оказалось достаточно. — Я… я сказал, что дам ответ сегодня вечером.
Но я, конечно, соглашусь!
Просто хотел всё обдумать… Надежда погасла.
Тамара снова поднялась и продолжила собирать его вещи. — Тамара, подожди!
Я же говорю, что согласен!
Сейчас позвоню и скажу! — Не нужно, — тихо произнесла она. — Я всё поняла.
Ты до последнего надеялся, что я уступлю, правда?
Что дам тебе ещё времени, ещё неделю, ещё месяц.
А потом ещё.
Ты бы так и сидел на этом диване, пока мои родители тратили последние сбережения. — Это не так! — его голос прозвучал отчаянно, даже для него самого. — Я действительно искал!
Я ходил на собеседования! — Ты ходил, потому что я тебя заставила, — она застегнула сумку и протянула ему. — Ты не хочешь работать, Иван.
Ты хочешь, чтобы тебе было удобно.
Чтобы всё было идеально: престижная работа, высокая зарплата, короткий путь, приятные коллеги.
Но так не бывает.
Иногда приходится делать то, что не нравится, потому что у тебя есть обязательства.
Потому что ты взрослый человек. — Я взрослый! — почти крикнул он. — Нет, — она покачала головой. — Взрослые отвечают за свои поступки.
Взрослые не живут за счёт других.
Взрослые не обманывают своих жён и не прячутся от реальности в компьютерных играх.
Иван хотел возразить, но слова застряли в горле.
Потому что глубоко внутри он понимал — она права.
Он видел, как она работает на двух работах, как приходит домой измученная, как с тревогой рассматривает счета за квартиру.
Он слышал, как её отец в шутку говорил, что ремонт на даче пришлось отложить, потому что «молодым надо помочь».
Он всё это видел, но не хотел признавать свою вину.
Ведь признать её означало признать себя неудачником, признать, что он провалился, что не справился. — Я не хотел, — пробормотал он. — Правда, не хотел. — Знаю, — в её голосе прозвучала грусть. — Но недостаточно хотеть.
