Сайт для Вас! — У нас так заведено, — Тамара Сергеевна промокнула губы салфеткой, оставив на белоснежной ткани отпечаток яркой помады цвета «бешеная фуксия». — В нашей семье младшие всегда устраивают юбилей для старших.
Это правило уважения.
Я взглянула на мужа.
Вячеслав спокойно нарезал стейк, не поднимая глаз.
Он был знаком с таким тоном матери.
Это был тон «мне нужно всё ваше, и желательно немедленно». — Я бы уточнила, — сказала я, откладывая вилку. — Кто именно входит в «нас» и, что важнее, на чей счёт планируется этот банкет уважения?
Свекровь театрально вздохнула.
В этом вздохе отражалась вся печаль мира по утраченному благородству, которого, кстати, в её жизни никогда не наблюдалось.
Тамара Сергеевна всю жизнь трудилась в отделе кадров районной поликлиники, но вела себя так, словно проиграла фамильное поместье в Ницце в карты. — Марина, ты опять сводишь всё к деньгам.
Это слишком… мещански, — она поморщилась, глядя на мой свежий маникюр. — Речь идёт о душе.
О родовой памяти.
Мне исполняется шестьдесят.
Это важная дата.
И я хочу собрать всех.
Тётю Любу из Малина, племянников из Чернигова, моих девочек с бывшей работы… Человек тридцать. — Тридцать, — наконец произнёс Вячеслав. — Мам, у нас в ванной ремонт на стадии «сняли плитку, обнаружили плесень».
Какой юбилей на тридцать человек? — Вот именно, — Тамара Сергеевна ударила ладонью по столу.
На её пальце засверкал перстень с крупным фианитом, размером с перепелиное яйцо. — Вы застряли в бытовых мелочах!
А праздник — это святое.
Ресторан я уже выбрала. В кафе «Приморск».
Там потрясающая лепнина, мне подойдет к тону лица.
Мы с мужем обменялись взглядами. Кафе «Приморск» славилось тем, что цены на воду там заставляли задуматься о жажде. — На чьё имя бронирование? — спросила я, ощущая, как внутри просыпается профессиональный аудитор. — На твоё, конечно, — свекровь улыбнулась, обнажая ряд металлокерамических зубов. — У тебя голос звучит представительнее.
И, кажется, у твоей начальницы есть скидочная карта.
Я уже всем позвонила.
Гости приедут в пятницу.
Жить, разумеется, будут у вас.
В гостиницу же родных не поселишь?
У нас так не принято.
Вечер мгновенно перестал быть спокойным.
Вячеслав аккуратно положил приборы.
Он не покраснел и не стал кричать.
Он просто превратился в человека, который собирается уволить нерадивого сотрудника. — Нет, — сказал он. — Что значит «нет»? — Тамара Сергеевна застыла с чашкой чая у рта. — Никакого кафе «Приморск».
Никаких тридцати гостей в нашей квартире.
И ни копейки из нашего бюджета на твой банкет.
Свекровь медленно поставила чашку.
Фарфор звякнул о блюдце, словно выстрел. — Ты отказываешь матери? — её голос дрогнул в низких нотах. — Родной матери в её праздник?
Марина, это твое влияние?
Ты его настроила?
Конечно, тебе-то своих денег не жалко, только на тряпки… — Тамара Сергеевна, — я говорила тихо, но ясно. — Давайте взглянем на факты.
