Дорогой.
Картофель фри.
Соус. — Что тебе заказать? — спросил он, не отрывая взгляда от меню. — Я сама выберу, — ответила я. — Ладно, но учти.
Только не бери ничего тяжёлого.
Вечером это вредно.
У тебя же возраст.
Обмен веществ замедляется.
Я выбрала ризотто с грибами.
Большую порцию.
Александр жевал стейк.
Запивал газировкой.
Рассказывал о новом проекте на работе.
О том, как его недооценивают.
Как мало платят. — Представляешь, я там уже почти двадцать лет, — говорил он с полным ртом. — А зарплата смешная.
Скоро вообще уволюсь.
Найду что-нибудь получше. — А работу новую ищете? — Пока нет.
Но начну искать.
Как только соберусь.
Он допил кофе.
Откинулся на спинку стула. — А ты замуж выходила? — неожиданно спросил он. — Да.
Двадцать пять лет назад. — И развелись? — Да.
Десять лет назад. — Почему? — Не сошлись характерами.
Он ушёл к другой. — Понятно, — кивнул Александр. — Значит, ты была сложной.
Требовательной.
Сейчас все женщины такие.
Ждут принца на белом коне.
Я положила вилку на тарелку. — Почему вы решили, что я сложная? — спросила я. — Ну, если не смогла ужиться с мужем.
Значит, характер непростой.
У меня опыт есть.
Знаю женщин. — Александр, а вы почему развелись?
Он нахмурился. — Жена оказалась стервой.
Пилила меня постоянно.
Деньги требовала без конца.
На шубы, украшения, отдых.
Я терпел.
Потом не выдержал.
Ушёл.
Она быстро другого нашла.
Живёт припеваючи.
Он доел стейк.
Вытер рот салфеткой.
Откинулся на стул.
Погладил живот. — Знаешь, Ира, я сразу оценил тебя по достоинству, — сказал он. — Меня зовут Елена, — напомнила я. — Ах да.
Елена.
Короче, слушай.
Я понял, что ты мне подходишь.
По всем параметрам. — Подхожу?
Как мебель? — не уловил он сарказма. — Ну да.
Мне нужна спокойная женщина.
Чтобы дети уже взрослые были.
Не мешались под ногами.
Чтобы квартира своя.
Я даже готов переехать к тебе.
Свою однушку сдам.
Деньги в общий бюджет пойдут.
Я молча посмотрела на него. — Александр, мы встречаемся всего второй раз. — Ну и что? — пожал он плечами. — Время не безгранично.
Мне пятьдесят.
Тебе сорок девять.
Нужно уже определяться.
Мы не мальчик и девочка. — Я не готова к совместному проживанию.
Тем более с малознакомым человеком.
Он нахмурился.
Достал телефон.
Начал листать что-то. — Боишься, да?
Ладно.
Подумай.
Месяц есть — договоримся.
Я допила воду.
Попросила счёт.
Официант принес.
Александр даже не пошевелился.
Сидел, листал телефон. — Александр, счёт, — сказала я. — А, да.
Давай пополам.
Честно же.
Я заплатила свою часть.
Встала.
Собрала сумку. — Спасибо за вечер.
До свидания. — Куда спешишь? — удивился он. — Давай ещё посидим.
Поговорим. — Нет, спасибо.
Мне завтра рано вставать.
Я вышла из кафе.
Села в машину.
Разозлилась.
Поехала домой.
Дома решила: больше никаких встреч.
Это была ошибка.
Но Александр звонил каждый день.
Утром.
Вечером.
В обед.
Писал длинные сообщения.
Жаловался на жизнь.
Рассказывал о работе.
Уговаривал встретиться ещё раз. — Елена, дай мне шанс, — просил он. — Я серьёзно настроен.
Хочу построить отношения.
Я игнорировала звонки.
Отвечала коротко.
Надеясь, что он отстанет.
Но он не сдавался.
И Тамара узнала о наших встречах.
Начала давить. — Елена, ты с ума сошла!
Мужчина пятидесяти лет!
Серьёзный!
А ты воротишь нос! — Он странный, Тамара. — Все мужики странные!
Нормальных нет!
Ты слишком придирчива!
Я снова дала слабину.
Через неделю уговоров согласилась на третье свидание.
Последний шанс.
Александр пригласил к себе домой.
Пообещал приготовить ужин.
Обещал удивить кулинарными способностями.
Я купила торт.
Фруктовый.
Приехала к нему в восемь вечера.
Квартира была на окраине.
Старая пятиэтажка без лифта.
Четвёртый этаж.
Я поднялась по тёмной лестнице.
Позвонила в дверь.
Александр открыл в домашних трениках.
Растянутых.
Застиранной футболке.
Босиком.
От него исходил кислый запах. — Заходи, располагайся, — бодро сказал он.
Я вошла.
И удивилась.
Квартира оказалась однушкой.
Крохотной.
Не больше тридцати пяти квадратов.
С советским ремонтом.
Обои пожелтели от времени.
Линолеум изношен.
Ржавые батареи.
В комнате стоял старый диван.
Разложенный.
На нём лежали горы одежды.
Чистой и грязной вперемешку.
Рядом коробки с какими-то запчастями.
На полу валялись носки.
Журналы.
Пустые пластиковые бутылки.
На кухне ситуация была ещё хуже.
В раковине копилась немытая посуда.
Тарелки с засохшими остатками еды.
Кружки с плесенью.
Сковородки в жиру.
Плита грязная.
Вытяжка вся в копоти.
Стол завален.
На нём стояли пустые бутылки.
Банки из-под консервов.
Крошки.
Салфетки.
В воздухе ощущался запах застоявшегося белья.
Гнилого мусора.
Несвежести. — Извини за бардак, — сказал Александр спокойно. — Я холостяк.
Убираться совсем некогда.
Работа забирает все силы.
Я стояла в дверях.
Старательно не дышала носом. — Раздевайся, садись, — махнул он рукой. — Сейчас ужин подам.
Ужин состоял из замороженных пельменей.
Александр высыпал их в кастрюлю.
Сварил.
Слил воду.
Выложил горой в миску.
Поставил на стол.
Рядом стояла банка майонеза.
С ложкой внутри. — Давай без излишеств, — сказал он. — Я простой мужик.
Люблю всё без пафоса.
Он сел.
Начал накладывать себе пельмени.
Макал их в майонез.
Жевал громко.
Чавкал.
Я молча сидела.
Смотрела на эту картину.
Пыталась понять — зачем я сюда приехала. — Ешь, не стесняйся, — сказал он с полным ртом. — Пельмени свежие.
Сегодня купил.
Я достала телефон. Проверила сообщения.
