– А где же сыр?
Тот самый, твердый, который я специально брала для салата? – спросила она, с растерянным видом переставляя на полке полупустую банку с маринованными огурцами и одинокий пакет кефира.
Муж, сидевший за кухонным столом и пытавшийся спрятать голову в плечи, виновато отвел взгляд в сторону окна, где серый осенний дождь монотонно стучал по стеклу. – Ну, Тамара детям бутерброды делала… Они проголодались после прогулки, – пробормотал он тихо, словно опасаясь, что громкий звук может разрушить покой квартиры. – Ольга, зачем из-за куска сыра устраивать сцену?
Купим новый.
Ольга медленно закрыла дверцу холодильника.
Холодный воздух перестал остывать у нее на ногах, но внутри все бурлило.
Она глубоко вдохнула и стала считать до десяти – привычка, выработанная за последние три недели, но эффект от нее становился все слабее. – Игорь, этот кусок стоил полторы тысячи, – спокойно, без эмоций сказала она, поворачиваясь к мужу. – И я собиралась приготовить праздничный ужин в честь сдачи проекта.
А теперь там пусто.
Опять.
Как вчера, когда пропала ветчина, и позавчера, когда не нашла упаковку форели.
Мы работаем, чтобы выбросить деньги на ветер, ты понимаешь?
Игорь поморщился, словно от зубной боли.
Ему было неловко и стыдно, но чувство семейного долга, воспитанное с детства, перевешивало здравый смысл. – Они же гости, Ольг.
У них ремонт, ты сама знаешь.
Пыль, грязь, дышать невозможно.
Куда им податься?
Потерпи немного, скоро съедут.
Это «скоро» звучало в их доме уже двадцать второй день.
Всё началось безобидно: звонок золовки, жалобный рассказ о том, что бригада рабочих вскрыла полы в их «двушке» и случайно повредила трубу, из-за чего жить там стало невозможно.
Тамара, сестра Игоря, просила приютить их «буквально на три–четыре денечка», пока всё просохнет и зальют стяжку.
Ольга, добрая душа, согласилась.
В конце концов, семья есть семья, и в беде нужно помогать.
Но три дня плавно переросли в неделю, неделя – в две, а теперь уже шел второй месяц осени, и конца этому «гостеванию» не было видно.
В их трехкомнатной квартире, которая прежде служила тихим и уютным уголком, теперь царил беспорядок.
Тамара с мужем Владимиром заняли гостиную, их двое сыновей-погодков, десяти и одиннадцати лет, спали на надувном матрасе там же, но фактически расползлись по всей квартире.
Вечера стали испытанием.
Возвращаясь с работы, Ольга мечтала о горячем душе и тишине, а попадала в филиал вокзала.
Телевизор гремел на полную, потому что Владимир любил смотреть новости «с эффектом присутствия».
В ванной постоянно кто-то занимал место – племянники любили плескаться по сорок минут, выливая на себя литры дорогого геля для душа и оставляя лужи, в которые Ольга регулярно наступала в носках.
Но самым болезненным стал вопрос с едой.
Ольга зарабатывала достаточно, Игорь тоже не жаловался на зарплату, и они привыкли питаться качественно.
Хорошее мясо, свежие овощи, фрукты, качественная молочка.
Они планировали бюджет, откладывали на отпуск и ипотеку, которую, к счастью, почти закрыли.
С появлением родственников бюджет дал трещину и вскоре вовсе лопнул.
Тамара, женщина склонная к полноте и любящая вкусно поесть, принципиально не подходила к плите. – Ой, Ольгочка, я так устала с этими ремонтами, весь день на нервах, – говорила она, лёжа на диване с тарелкой винограда. – Ты же всё равно готовишь, тебе же не трудно на пару половников супа больше налить?
Но «пара половников» превращалась в пятилитровую кастрюлю борща, которая исчезала за вечер.
Владимир, муж Тамары, работал водителем сутки через трое и в выходные обладал аппетитом, которому позавидовала бы целая рота солдат.
Племянники, растущие дети, сметали всё подряд, не задумываясь, для чего и для кого это куплено.
Ольга сняла жакет, повесила его на спинку стула и устало потерла виски. – Игорь, сегодня я зашла в банковское приложение, – сказала она, глядя мужу прямо в глаза. – За эти три недели мы израсходовали ту сумму, что обычно тратим за два месяца.
Я не преувеличиваю.
Они вообще ничего не покупают.
Даже хлеб.
– Ну у них же сейчас расходы, ремонт… – снова начал оправдываться Игорь, но уже с меньшей уверенностью. – Владимир говорит, что материалы подорожали. – У нас тоже есть расходы, – резко прервала Ольга. – И я не подписывалась кормить четверых взрослых и двух детей в одиночку.
Ты видел, чтобы Тамара хоть раз принесла пакет с продуктами?
Хотя бы раз купила печенье к чаю?
