«Коля, да ты что?! Я же люблю тебя, и ты меня тоже любил» — с отчаянием крикнула Лариса, когда муж объявил о своем намерении уйти к другой женщине

Как легко забыть, что счастье может быть иллюзией.
Истории

О той его измене они никогда не вспоминали, Лариса даже не стала выяснять, что за дама у него была.​

​Ну её! Главное — у них всё стало ещё лучше!​

​И вот сейчас Богдану уже 12 лет, он растёт очень смышлёным парнем. Лариса даже хотела отдать его в гимназию с математическим уклоном, но поздно спохватилась.​

​Лариса чувствовала себя счастливой женщиной: у неё был обожаемый сынок Богдан, любимый муж Николай и непыльная работа.​

​Коля всегда хорошо зарабатывал, и она могла себе позволить трудиться на полставки и массу времени уделять сыну.​

​Это ли не счастье?!​

​А ведь всего этого могло бы и не быть…​

​— Я полюбил другую женщину, — заявил ей 13 лет назад обожаемый супруг, пряча глаза. — Нам нужно расстаться.​

​— Коля, да ты что?! Я же люблю тебя, и ты меня тоже любил.​

​Это не может вот просто так закончиться!​

​Николай тогда молча пожал плечами и добавил, что на развод она может подать сама, если ей так удобнее.​

​Удобнее?! Ей удобно, чтобы её муж — не просто любимый, а поистине обожаемый! — был рядом с ней.​

​Она целую неделю то рыдала в подушку, то закатывала истерики, не понимая, что тем самым ещё больше отталкивает от себя Николая.​

​А потом успокоилась, взяла себя в руки и предложила мужу устроить прощальный вечер…​

​В общем, до развода дело так и не дошло, поскольку выяснилось, что Лариса беременна.​

​Ребёнка они пытались зачать последние пять лет, но безрезультатно.​

​25-летняя Лариса и 27-летний Николай были абсолютно здоровы, но беременность не наступала.​

​А тут — буквально один раз, на прощание… И прощаться не пришлось.​

​Николай тут же заявил, что никуда не уходит — Ларисе даже показалось, что остался он с каким-то облегчением — носил жену на руках и больше всех радовался рождению Богдана.​

​О той его измене они никогда не вспоминали, Лариса даже не стала выяснять, что за дама у него была.​

​Ну её! Главное — у них всё стало ещё лучше!​

​И вот сейчас Богдану уже 12 лет, он растёт очень смышлёным парнем. Лариса даже хотела отдать его в гимназию с математическим уклоном, но поздно спохватилась.​

​Сын пока ходил в обычную школу, но выигрывал почти все районные олимпиады по математике. Занимался в шахматном кружке и учился играть на скрипке в музыкальной школе.​

​Последнее занятие ему не слишком нравилось, Лариса твёрдо решила, что её сын должен разносторонне развиваться.​

​— Может, он пусть в футбольную секцию ходит тогда? — поморщился Николай, узнав о намерениях жены отдать Богдана в «музыкалку».​

​— С ума сошёл?! — ахнула Лариса. — Хочешь, чтобы твоего ребёнка покалечили?! Чтобы он инвалидом стал?!​

​Нет и нет!​

​Муж махнул рукой — делай что хочешь! Тогда на работе у него были сложности, и все мысли крутились вокруг этого.​

​Теперь Николай возглавлял отдел, и с карьерой и зарплатой у него всё было хорошо.​

​Именно в офисе мужа Ларисе привалила очередная удача. Она заехала за супругом — они собирались в ресторан отметить годовщину свадьбы — и разговорилась с одной из сотрудниц мужа.​

​Эффектная стройная брюнетка Ксения — совсем не серая мышь, Лариса рядом с ней чувствовала себя неуверенно — оказалась очень приветливой женщиной.​

​У неё тоже был сын, ровесник Богдана, поэтому женщинам было что обсудить.​

​— А хочешь, я попрошу, чтобы твоего Богдана тоже взяли в гимназию, где учится мой Филипп?! — вдруг предложила Ксения.​

​— Да ну, это вряд ли возможно. Там даже за деньги не пробиться, — с сомнением ответила Лариса.​

​— Деньги — не главное, а вот связи у меня есть. Я же привлекательная женщина! — весело подмигнула Ксения.​

​— Ой, я буду тебе так благодарна! — обрадовалась Лариса.​

​Ксения не обманула, и следующий свой учебный год Богдан начал в «математической» гимназии.​

​Правда, тут возникла проблема — учебное заведение находилось в другом районе города, а Лариса до сих пор страшно боялась отпускать сына одного в школу по соседству, не то что в такую даль.​

​По утрам она спокойно отвозила Богдана сама, а вот после занятий…​

​— Лара, наш сын уже взрослый парень, умный, рассудительный. Он прекрасно доберётся до дома сам!​

​Там же рядом с гимназией автобусная остановка. Сел и доехал, даже пересадки делать не нужно! — отрезал муж на попытки Ларисы заставить его забирать Богдана.​

​— Коля, ты ведёшь себя так, как будто у тебя есть запасной ребёнок! Сейчас и взрослому на улице одному страшно находиться, а…​

​— Всё! Хватит! — прервал её Николай. — Когда смогу, буду забирать, а так пусть добирается сам.​

​Лариса пожаловалась Ксении — женщины иногда общались по телефону, обсуждали сыновей и гимназию.​

​— У−у−у… Тоже мне проблема! — заявила Ксения. — Давай парни после школы идут к нам, мы же рядом совсем живём, а ты будешь приезжать, как сможешь, и забирать Богдана.​

​— Ты серьёзно? — встрепенулась Лариса. — Да ну! Это неудобно… Тебе столько хлопот.​

​— Какие хлопоты?! Я же тоже на работе. Но так они, по крайней мере, будут дома, и вдвоём. Оба спокойные, ответственные — глядишь, подружатся!​

​— Ой, Ксюш, я тебе так благодарна буду!​

​— Да ладно!​

​Богдан новость воспринял настороженно. С Филиппом он был знаком, но учились они в разных классах, и близко не общались.​

​Сын вообще сложно сходился с людьми. Он и в новое учебное заведение согласился идти с радостью только из-за того, что при этом отменялась «музыкалка» — она находилась далеко от гимназии, и Лариса не могла уже возить туда сына.​

​Но когда Лариса на второй день забирала сына из квартиры Ксении, он уходил уже с неохотой.​

​— Мам, ну можно я ещё побуду? — заныл Богдан. — Мы с Филей ещё в игру не доиграли…​

​— Нет, тебе уроки нужно учить. Да и вообще это неудобно — так напрягать хозяев.​

​Мама Филиппа и так делает нам большое одолжение, — категорично заявила Лариса.​

​— Не нам, а тебе, — еле слышно буркнул сынок.​

​Лариса сделала вид, что не услышала.​

​Николай, узнав о происходящем, сначала возмутился — мол, он работает вместе с Ксенией, и что скажут люди?​

​Но, выслушав десяток доводов жены и не желая семейного скандала, махнул рукой.​

​Всё равно он в ближайшие месяцы постоянно будет в командировках, поскольку открывается новый филиал — так что жена может делать, что хочет!​

​На том и порешили.​

​А Богдан всё чаще стал просить Ларису, чтобы она разрешила ему задерживаться у Филиппа:​

​— Ну, мам, у нас с Филей столько дел… Мы уроки сделаем. Ну, пожалуйста… — ныл сынок.​

​— Лар, чего ты вредничаешь? — «подпевала» ему Ксения. — Парни подружились, ничего плохого не делают. Пусть Богдан у нас побудет.​

​И каждый раз они её уговаривали. Дошло до того, что сын пару раз оставался ночевать в той семье.​

​Лариса, скрепя сердце, соглашалась, а потом названивала, узнавала, как там сынок — ведь она привыкла, что он всегда был рядом.​

​Николай действительно стал пропадать в командировках, и Ларисе одной дома было совсем одиноко, поэтому она всё реже соглашалась оставлять Богдана в гостях «на подольше».​

​— Мам, ну почему ты такая?! — однажды выкрикнул Богдан, когда мать не пустила его к Филиппу.​

​— Какая? — удивилась Лариса.​

​— Такая! Носишься со мной, как курица с цыплёнком! Я уже взрослый, а ты шагу мне ступить не даёшь?!​

​— Богдан, — строгим голосом сказала Лариса, — сейчас же объясни мне, откуда у тебя эти… фразы? Где ты их услышал? Кто тебя им научил?​

​— Никто не учил! — буркнул сынок. — Я же не в лесу живу.​

​— Я твоя мать и забочусь только о тебе. Хочу как лучше именно для тебя, — наставительно произнесла Лариса.​

​— Ксения тоже мать и тоже о Филиппе заботится! Только не следит за ним, разрешает всё и никогда не ругается! — выдал Богдан.​

​— Та−а−к… И что же она разрешает?​

​— Ничего плохого, — буркнул сын. — Я спать пошёл, всё.​

​Лариса напряглась. Богдан был спокойным, даже местами флегматичным ребёнком, а тут вдруг повысил голос на неё.​

​Вряд ли Ксения устроила у себя в квартире анархию — просто сыну не хватает мужского воспитания. Вот приедет Николай — пусть с ним поговорит!​

​Но муж встал на сторону сына:​

​— Лар, ну правда, ты задушила уже Богдана своей заботой. Дай ему немного свободы.​

​Как я понимаю, Филипп нормальный парень, они учат уроки вместе и играют. Это нормально.​

​— Да! Только с матерью так разговаривать не нормально! — возмутилась Лариса. — Или ты не согласен?​

​— Согласен. Но ещё раз тебе говорю — успокойся немного, а то дождёшься, что собственный сын тебя возненавидит.​

​У тебя же появляется масса свободного времени. Пойди в салон красоты, сходи что ли.​

​— Что−о−о! Ты хочешь сказать, что я плохо выгляжу?!​

​— Скажем так — тебе неплохо было бы уделить внимание своей внешности…​

​Этого Лариса вынести уже не могла. Она не разговаривала с мужем целую неделю, до самого его отъезда в командировку, да и потом по телефону сухо отвечала на его вопросы о делах и сыне.​

​Она бьётся как проклятая, стараясь хорошо воспитать сына и обиходить мужа, поддерживает в доме уют, а тут на тебе — в салон красоты ей надо, видите ли!​

​Вернувшись, Николай всё-таки извинился, и она его, конечно же, простила — любила как-никак.​

​А тут мальчишки собрались в поход. Из двух классов набралось четырнадцать желающих, и потребовалось участие родителей.​

​Лариса сначала вообще Богдана не хотела отпускать «в этот ужас», потом изъявила желание ехать вместе с ним, но не получилось.​

​На работе не отпустили, да и сын уговаривал её этого не делать.​

​Неожиданно в поход согласился пойти Николай:​

​— А что? У меня же есть пара отгулов. И давно я не отдыхал в лесу, на свежем воздухе, с палаткой… — мечтательно произнёс он.​

​— Ну, если так… — растерянно произнесла Лариса. — Ладно, поезжайте! Только будьте на связи!​

​Отец и сын переглянулись и дружно закатили глаза — мама, как обычно!..​

​За три дня, пока её мужчины находились в походе, Лариса вся извелась. Связь там у них была только местами, и звонили они ей всего пару раз.​

​Не выдержав, она поехала к дому Филиппа — его завозили домой первым, — чтобы там встретить мужа и сына.​

​Во дворе было полно машин, и Ларисе пришлось оставить свою на улице.​

​У подъезда она заметила обнимающуюся парочку и в сумерках не сразу разглядела, кто это. Голоса подсказали.​

​— Коль, ну сколько можно−то? — негромко, но требовательно спрашивала Ксения. — Ты когда собираешься разводиться?​

​— Ксюш, ну давай не сегодня. Мы провели такие чудесные три дня, не порть их, — отвечал Николай. — Я люблю тебя, и это несомненно, и обязательно скоро разведусь.​

​Парочка явно поцеловалась.​

​Кого там любит её муж? Они что, вместе были в походе? Коля собирается с ней разводиться? Вопросы вихрем пронеслись у Ларисы в голове…​

​— А что здесь происходит? — она громко задала только один вопрос, который произносили уже тысячи обманутых людей до неё.​

​— Ну, слава богу, — негромко произнесла Ксения. — А то уже прямо сил нет больше скрываться.​

​— И давно вы… скрываетесь? — с издёвкой спросила Лариса.​

​— Уже почти год, — спокойно ответила соперница. — Знаешь, как надоело?​

​— Не знаю! А вот знать, зачем ты привечала моего сына, хочу!​

​— Так Николай же у нас примерный отец, только Богдан его возле тебя и держал.​

​Вот я и решила с ним подружиться. Отличный, кстати, у вас парень! Хоть ты его и затюкала уже совсем.​

​Я совершенно не против, чтобы он жил с нами.​

​— Чего−о−о?! Даже не рассчитывай на это! Мой сын будет жить со мной! — разозлилась Лариса. — И муж, кстати, тоже. Так, Коля?!​

​— Звучит угрожающе, — прокашлялся молчавший до этого Николай. — Предлагаю обсудить всё это дома вдвоём.​

​— Нет уж! Ты сейчас скажешь, что остаёшься в семье! И, кстати, где Богдан?!​

​— Они с Филиппом понесли вещи в квартиру, сейчас спустятся, — спокойно пояснил Николай. — И, Лар, давай обойдёмся без скандалов. Так уж получилось, что я люблю Ксению, и хочу быть с ней.​

​Пока Лариса искала слова для ответа, в дверях подъезда появился Богдан:​

​— Мам? Что ты тут делаешь? А мы, представляешь?..​

​— Поехали домой, — оборвала его на полуслове Лариса. — Быстро!​

​Она схватила сына за руку и потащила к машине, не обращая внимания на его возмущённые вопли.​

​Николай действительно ушёл к Ксении. Они попытались забрать Богдана у Ларисы, но парень, видимо, насмотревшись на слёзы матери — а плакала она почти всё время с того вечера, — заявил, что остаётся с мамой.​

​Через год Николай захотел вернуться, но Лариса его не приняла — не смогла простить во второй раз.​

​Автор: Светлана Мозгалева

Источник

Эллина Гофман

Я, Эллина Гофман, родилась в Одессе и теперь живу в Тель-Авиве, где перенесла свои знания и культурные ценности из одной части мира в другую. Я обожаю жизненные истории и сочетаю научный и мистический подходы, чтобы предложить читателям уникальное понимание самопознания и личностного роста. Жизнь в динамичном Тель-Авиве вдохновляет меня изучать влияние зодиака на нашу жизнь и делиться своими открытиями через мои статьи.

Мисс Титс