Он молчал.
— Паш?
Он опустил глаза.
— Я… брал.
— Сколько? — голос матери стал ледяным.
— Триста тысяч.
Марина Николаевна медленно опустилась на стул.
— На что?
Павел тихо сказал:
— На твой ремонт. И… на машину.
Полина смотрела на них и чувствовала, как внутри всё окончательно ломается.
— Вот почему я больше не перевожу деньги, — тихо сказала она.
Свекровь повернулась к ней.
— Значит, ты всё знала?
— Нет. Узнала месяц назад.
— И молчала?
— Я ждала, что он скажет сам.
Павел смотрел в стол.
Марина Николаевна вдруг рассмеялась.
Сухо.
— Какая ты всё-таки… умная.
Полина не ответила.
— Только знаешь что? — продолжила свекровь. — В нормальной семье жена помогает мужу.
— А муж не врёт жене.
Павел тихо сказал:
— Хватит.
Но уже было поздно.
Марина Николаевна поднялась.
— Паш, собирайся.
Он растерянно посмотрел на неё.
— Куда?
— Ко мне. Раз она считает нас обузой.
Полина почувствовала странную пустоту.
— Это его выбор.
Павел смотрел на неё долго.
