Она всё чаще задавала один и тот же вопрос: — А что если я перееду к вам?
На время.
Совсем ненадолго.
Ольга улыбалась в ответ, принимая это за её способ привлечь внимание.
Но вот появился чемодан.
Он стоял, словно памятник её иллюзиям. — Я не понимаю, что тебя так беспокоит, — сказала она, осматривая нашу студию. — Здесь же уютно.
По-домашнему.
У Ольги чуть не дернулся глаз.
Уютно — когда вдвоём, да.
Но втроём?
Втроём уже не «уютно».
Это превращается в квест на выживание с повышенной сложностью. — Мам, — попытался вмешаться Игорь, — у нас правда… ну… мало места… — Места всегда хватает тем, кто хочет быть семьёй! — торжественно воскликнула она, словно оглашая девиз семейного марша.
В этот момент во мне что-то переменилось.
Злость отступила, уступая место странному спокойствию, словно перед грозой. — А вы спрашивали? — тихо произнесла Ольга. — Хоть раз узнали, как мы здесь живём?
Что нам удобно?
Что нам нужно? — А что тут спрашивать? — искренне удивилась она. — Мы же семья.
Ольга почувствовала, как у неё загораются щеки.
В груди поднялась волна эмоций. — Семья — это не вторжение.
Это не сюрприз с чемоданом, — голос её стал ровнее, но звучал напряжённо. — Семья — это когда слышат друг друга!
Хоть иногда!
Она сжала губы.
Игорь застыл между нами, словно школьник, вызванный к директору.
И вдруг — словно кто-то выключил свет — Ольга заметила, что Нина Петровна устало опустилась на чемодан.
Будто вся уверенность покинула её. — Я… — начала она. — Я просто… чувствую себя там одна.
Понимаете?..
Голос дрожал.
Впервые за всё время она выглядела не как генерал семейных операций, а как человек — растерянный, испуганный.
И во мне что-то снова сдвинулось.
Но теперь — в другую сторону.
Вот уж жизнь: только накалишься, а она подкидывает новый пазл.
Она сидела на чемодане, словно тот был её последней опорой.
И Ольге даже стало немного стыдно за свой выпад… но лишь на секунду.
Потому что следующая мысль была честнее: А почему Ольга должна вновь тащить на своих плечах чужие решения, будто её спина — универсальная опора для всех семейных драм?
Игорь неловко переминался с ноги на ногу, словно боялся сделать шаг.
Его глаза метались между нами, и Ольга видела — он пытается понять, кого сейчас нужно спасать: мать…
