Меня буквально потряс резкий и настойчивый звонок в дверь — такой, от которого вздрагиваешь и сразу хочешь сделать вид, что тебя нет дома.
Но Игорь, конечно, первым распахнул дверь, и Ольга сразу услышала её голос: — Дети, я решила!
Переезжаю к вам!
Без всяких приветствий, пауз и объяснений.
Перед ними стояла Нина Петровна — вся сияющая и довольная, с чемоданом, который подозрительно напоминал походный.
Мы с Игорем жили в студии — именно в студии!
Если выразиться помягче, то «пространство открытой планировки», но на деле — комната, где диван притворяется одновременно спальней, гостиной, кабинетом и островом свободы.
И крошечная зона для готовки, в которой развернуться удаётся лишь втянув живот.
Игорь растерялся и пробормотал: — Мам, ты же говорила… ну… думала ещё… — А я решила! — твёрдо повторила она и уверенно шагнула внутрь, будто всю жизнь мечтала о своих 25 квадратах счастья.
Ольга стояла у стены, словно её накрыла волна.
И вдруг — яркая вспышка: все усталости прошедшего года, бесконечные переработки, попытки выстроить хоть какую-то семейную жизнь, не спотыкаясь о тесноту.
И вот — чемоданная кавалерия.
Ольга взорвалась: — Как вы собираетесь переехать к нам, если у нас даже отдельной кухни нет?!
Сказала и замолчала.
Воздух стал тяжёлым.
Игорь моргнул так, словно в глаз ему попала капля злости Ольги.
Нина Петровна подняла брови — такие, что ими можно было сразить на месте.
Но прежде чем Ольга успела что-то добавить, внутри промелькнула мысль: Откуда вообще всё это взялось?
Она сама откатилась назад в воспоминания.
Мы встретились с Игорем (тогда ещё будущим) в одном Каменском — Ольга была администратором, он — техником.
Он всегда носил с собой забавную записную книжку, словно из девяностых, и постоянно что-то в неё черкал.
У него был мягкий характер, спокойный взгляд и чувство юмора, в которое Ольга погружалась, как в тёплый песок.
А Нина Петровна тогда казалась почти доброй.
Ольга помнит, как в первый раз услышала от неё: — Вы мне нравитесь.
Вы — надёжная.
И тогда, наивная, Ольга действительно радовалась.
Жили они в старой двушке на окраине.
Игорь мечтал о собственной квартире — маленькой, но своей.
Когда мы приобрели эту студию, он сиял от счастья.
Ольга тоже поверила, что из маленького пространства можно создать уют.
Хотя порой спотыкалась об собственные сандалии — места хватало ровно настолько, чтобы каждый шаг был тщательно продуман.
И тут, как назло, у Нины Петровны начались проблемы: то с соседями, то с трубами, то, как она говорила, «с общей атмосферой».
Игорь переживал.
Ольга старалась не вмешиваться.
