По-мужски. — Ты так думаешь? — Игорь не плохой человек, просто кажется немного растерянным.
Ему требуется не опека, а поддержка.
Кому-то нужно поверить в него.
Дмитрий помолчал, затем кивнул: — Ты права.
Завтра я позвоню ему и приглашу куда-нибудь встретиться.
Без мамы. — Вот именно, — улыбнулась Тамара. — А теперь вернемся к тому, о чем говорили раньше.
Насчет ребенка…
Но она не успела закончить мысль — вдруг зазвонил телефон.
На дисплее высветилось имя свекрови. — Не бери, — поморщился Дмитрий. — Опять начнется… — Нет, надо ответить, — решительно нажала Тамара на зеленую кнопку. — Алло, Любовь Ивановна?
Слышались всхлипы: — Тамара… доченька… прости меня, старую дурочку!
От неожиданности Тамара чуть не уронила телефон.
Дмитрий с вопросом поднял брови. — Я все понимаю, — продолжала плакать свекровь. — Ты права — так нельзя…
Я просто… я мать, я переживаю за детей… — Любовь Ивановна, угомонитесь, — мягко сказала Тамара. — Мы все осознаем.
Но давайте договоримся — никаких больше сюрпризов, хорошо?
Все вопросы будем обсуждать вместе, спокойно. — Конечно-конечно! — поспешно согласилась свекровь. — Я больше никогда…
И ключи верну… — Ключи уже не нужны, мы замки поменяли, — сухо ответила Тамара. — Но вы можете приходить в гости.
По предварительной договоренности. — Да-да, конечно, — быстро согласилась Любовь Ивановна. — А можно завтра прийти?
Поговорить?
Я пирог испеку…
Тамара взглянула на мужа, тот слегка кивнул: — Хорошо, приходите к шести вечера.
Только без Игоря, ладно?
Алексей сам с ним встретится. — Спасибо, доченька! — в голосе свекрови прозвучала надежда. — Я так рада… так счастлива…
Попрощавшись, Тамара отложила трубку: — Не ожидала, честно говоря. — Я тоже, — признался Дмитрий. — Обычно она долго злится, а тут…
Думаешь, она действительно раскаивается? — Узнаем завтра, — пожала плечами Тамара. — Но по голосу показалось, что раскаяние искреннее.
На следующий день Любовь Ивановна пришла ровно в шесть с большим яблочным пирогом — любимым лакомством сына.
Выглядела непривычно смущенной и растерянной. — Проходите, — Тамара впустила свекровь в квартиру. — Дмитрий скоро придет, он немного задержался на работе. — Ничего-ничего, — Любовь Ивановна поспешила на кухню за невесткой. — Я подожду.
Тамара, давай заварим чай?
Пока вода закипала, женщины молчали.
Наконец свекровь решилась: — Знаешь, я всю ночь не сомкнула глаз.
Все думала…
Прости меня.
Я действительно хотела как лучше.
Игорь такой беспомощный, я боюсь — как он без меня справится? — А может, пора дать ему шанс научиться жить самостоятельно? — мягко спросила Тамара. — Ему ведь уже тридцать два. — Вот и Алексей всегда так говорил, — вздохнула Любовь Ивановна. — А я все опекала, защищала…
Думала, материнская любовь все исправит.
А получилось — только хуже. — Еще не поздно изменить ситуацию, — Тамара поставила чашки, нарезала пирог. — Главное — захотеть. — Но как?
Я привыкла все решать за них.
Алексей вырвался — у него сильный характер.
А Игорь… он словно ребенок. — Любовь Ивановна, — Тамара села напротив свекрови. — Давайте будем откровенны.
Игорь не ребенок.
Он взрослый мужчина, который привык, что все решения принимают за него.
И пока вы будете его опекать, он останется беспомощным.
Свекровь всхлипнула: — А если он совсем пропадет? — Не пропадет, — раздался голос Дмитрия у двери. — Привет, мам.
Любовь Ивановна вскочила: — Алексей!
