Тамара долго пристально смотрела на племянницу, а затем с облегчением выдохнула: — Вот и замечательно.
Пусть дочка возвращается домой, будем жить с ней, как и раньше, а вы с Мариной Петровной сами разбирайтесь!
Да и вообще, брак не так уж и важен.
Я прожила жизнь одна — ничего страшного, не рвусь на стены, живу спокойно… Надежда выключила плиту и начала заваривать чай. — Тёть Рая, это ещё не всё. — Ну давай, доводи меня до инфаркта.
Что же Ирина ещё наделала?
Превратила квартиру Алексея в настоящий бардак?
Для неё, при таком раскладе, и поддерживать чистоту было бы сложно! — Ирина тоже беременна.
У неё есть парень… *** Тамара немного прибралась в квартире, вынесла мусор — на это ушло целых два часа, помыла пол, отчистила плиту, купила краску для волос и закрасила седину.
Дочь она едва узнала: та заметно располнела, у неё появился небольшой животик, и опытный взгляд Тамары подсказал срок беременности — около пяти месяцев.
А вот молодой человек дочери ей не понравился, показался слишком скромным.
За ужином Тамара спросила его: — Вы работаете или учитесь? — Я программист, — улыбнулся парень. — Работаю удалённо из дома. — А-а, — протянула Тамара. — Где вы живёте? — В деревне, далеко отсюда. — А в городе у кого жили? — У Мены. — Значит, так сказать, наткнулись на мою дочь, — поняла Тамара.
Но сама Ирина выглядела счастливой. — Мам, перестань придираться.
Олег — мой человек, и я его люблю.
Ты же не выгонишь нас? — Я что, изверг, чтобы гнать собственную дочь?
Тамара почувствовала ком в горле, глаза наполнились слезами, стало жаль и себя, и дочь.
Эпилог Тамара устроилась обратно на прежнюю работу — в колбасный цех.
Возвращаясь домой по вечерам, она стучала в дверь комнаты дочери и зятя: — Открывайте, отдайте внука мне!
Что вы сможете хорошего научить Кирилла?
Подняв на руки пухленького малыша, женщина собиралась на прогулку, выносила коляску на лестничную площадку, параллельно выносила мешки с мусором.
Зять оказался таким же домоседом и социофобом, как и дочь.
Он боялся лишний раз выйти из дома и предпочитал сидеть в комнате рядом с женой.
Даже простая просьба выкинуть мусор превращалась для него в целое испытание.
Он надевал мотоциклетный шлем, закутывался в балахон и долго выглядывал сначала из окна, разглядывая двор, затем — подъезд, проводил часами у двери, а потом, спеша, мчался к мусорке, выбрасывал пакет и стремглав возвращался домой.
А как тщательно он запирал дверь в спальне, чтобы никто не мог войти!
Тамара была в шоке, увидев это впервые, но со временем привыкла к странностям зятя.
К слову, он неплохо зарабатывал, даже копил, гордясь перед Тамарой, что откладывает на первый взнос по ипотеке. «Как же они собираются дальше жить?» — размышляла Тамара. — «Впереди садик, школа.
Нужно выходить из зоны комфорта, а они — сидят».
Обнимая внука, она вздыхала: — Хоть бы ты не был похож ни на отца, ни на мать.
Живи полной жизнью, больше гуляй, а они сидят в комнате.
У них свой мир — освещённый экранами компьютеров.
Сошлись два затворника… А вот у сестры начальницы Тамары, с которой она до сих пор поддерживала связь, наоборот, всё складывалось замечательно.
Та тоже заботилась о внуке.
С новой невесткой (Надеждой) быстро нашли общий язык, и теперь постоянно хвасталась, как повезло с женой сына. — Активная, быстрая, любая работа у неё спорится.
И как она расположила к себе всех моих родственников!
Мы все просто в восторге от Надежды.
Признаюсь честно, я была не права, запрещая сыну с ней общаться.
Кроме того, часто гуляя с внуком во дворе, Тамара встречала курьера Игоря, которого когда-то отшила, запрещая приближаться к дочери.
Выяснилось, что Игорь живёт в соседнем доме.
У него тоже всё было хорошо.
Он встречался с девушкой и каждый вечер гулял с ней во дворе. (Гулял, а не сидел взаперти, как зять Тамары.
И это очень огорчало Тамару). «Зря я тогда запретила ему ухаживать за Ириной.
Он ведь подходил дочери по характеру как никто другой.
Он дополнял её!
Если бы знать наперёд, как всё сложится…» конец
