Тамара никогда не лелеяла мечты о пышной свадьбе, вызывающей завистливые взгляды подруг.
Ей не являлся во сне сказочный принц — ни на ослепительно белом коне, ни, что куда прозаичнее, в шикарном лимузине.
В её тихом, ранимом сердце жил лишь один простой, но очень сильный порыв: найти покой для себя и близких.
Рано лишившись матери, она всю нежность души и все силы посвящала отцу, Игорю Михайловичу, стараясь заботиться о нём и делать всё, чтобы он не переживал напрасно.
Тем не менее болезнь — чёрная, беспощадная тень, внезапно наступающая, — никого не щадит.
Добрый и крепкий некогда отец слёг, медленно угасая с каждым днём.
Сначала мачеха, стиснув зубы, ухаживала за ним дома, но вскоре призналась, что устала нести такое тяжкое бремя, ведь она ещё молода и должна позаботиться о собственном здоровье.
Мужчину отправили в специализированное учреждение, под присмотр посторонних, далеко от дома.
Тамара же, как преданная дочь, проводила каждую свободную минуту рядом с его кроватью.
Она тихо молилась, умоляя небеса о чуде, нежно гладила исхудавшую руку отца, в которой всё ещё чувствовалось прежнее тепло.
Но чудеса, увы, — капризны и редки.
Порой небеса дают не тот ответ, который хочется услышать: сначала погружают в бездну отчаянья.
Самым страшным ударом стало то, что однажды ясные отцовские глаза, встретившись с её взглядом, застынули в пустом, невидящем молчании.
Он перестал узнавать единственную дочь, свою Тамару.
Её визиты больше не вызывали ни искорки радости, ни тени улыбки — лишь холодное безразличие.
Сердце девушки сжималось от пронзительной боли, но она, сжав кулаки, цеплялась за веру, словно утопающий за соломинку.
Опустить руки — означало предать его.
Она этого не могла.
Не имела права.
Отец никогда бы так с ней не поступил, он бы её не покинул.
В тот душный и тяжёлый день, когда Тамара вернулась из больницы и собиралась отправиться на подработку, она услышала слова, прозвучавшие как приговор: — Иван уже не жилец!
Врач предупредил готовиться.
В скором времени приедет Виталий Павлов.
И ты будешь притворяться той самой невестой, с которой его помолвили в детстве! — Голос мачехи был резким, деловым и лишённым сострадания. — У его семьи такие состояния, что ты ни в чём нуждаться не будешь!
Надежда, спрятавшаяся за дверью, инстинктивно прикрыла рот рукой, чтобы не сорвался ни стон, ни крик.
Каждое слово проникало в душу, словно раскалённая игла.
Отец ещё дышал, а эта коварная женщина уже строила гнусные планы, мечтая устроить дочери выгодный брак!
Боль от предательства смешалась с яростным протестом.
Как она смеет?
Как смеет думать о какой-то давно забытой детской помолвке, когда жизнь самого дорогого человека висит на волоске?
Руки сжимались в кулаки, ногти врывались в нежную кожу.
Глаза жгло от навёртывающихся слёз.
В этот момент нужно было делать всё, чтобы спасти отца, чтобы он скорее поправился, но мачеха радовалась так, словно давно всё спланировала, словно смерть мужа станет для её дочери билетом в лучшую жизнь.
Виталий… Это имя звучало как эхо из другого мира.
Смутный образ мальчишки с ясными глазами, их детские игры до шести лет, а потом — внезапный отъезд за границу.
Нелепое обещание, данное родителями в порыве дружеских чувств!
Жить же они не в средневековье, чтобы слепо следовать таким старинным договорённостям.
