Курьер нервно переступал с ноги на ногу, с явным отвращением оглядывая мой облупившийся подъезд.
В воздухе витали запахи кошек и поджаренного лука.
В его руках, покрытых черными перчатками, лежал конверт из плотной бумаги, напоминающей тонкий пластик. — Тамара Сергеевна Орлова?
Это лично для вас.
Я расписалась.
Закрыла дверь на два замка.
Сердце бешено колотилось в горле.
Сын.
Алексей не выходил на связь уже полгода, с тех пор как я отказалась продать свою «двушку», чтобы пополнить его первоначальный взнос.
Я вскрыла конверт.
Внутри находилась открытка с золотым тиснением и запахом дорогих духов: «Алексей и Ольга.
День рождения нашей семьи.
Ресторан «Лазурное».
Дресс-код: Black & Gold.
Строго вечерний стиль».
Я подошла к зеркалу.
В отражении смотрела женщина лет пятидесяти пяти.
Уставшая, в халате с катышками.
Мой «вечерний стиль» сводился к черным брюкам пятилетней давности и блузке, которую я надевала на юбилеи коллег.
Ни намека на золото, ни роскоши.
В кошельке — остаток аванса и заначка на зимние сапоги.
Вечером Алексей позвонил сам. — Получила? — Получила, сынок.
Очень красиво.
Наверное, дорого? — Мам, не начинай, — его голос прозвучал сухо. — Это статусное событие.
Там будут партнеры отца Ольги, мои руководители.
Пожалуйста, выгляди прилично.
Не надевай то платье с рынка, в котором ездишь на дачу. — У меня другого нет, Леша.
И денег сейчас… — Я так и думал.
Ладно.
Я переведу тебе пять тысяч.
Купи что-нибудь черное, в пол.
И сделай прическу в салоне, а не сама на бигуди.
Он повесил трубку.
Я смотрела на телефон.
Пять тысяч.
На вечернее платье и салон.
В тот месяц я не приобрела зимние сапоги.
Не оплатила коммуналку.
Пришлось занять у соседки, чего я раньше никогда не делала.
Но платье я купила.
Простое, черное, но из качественной ткани.
Туфли взяла в комиссионке — они немного жали, но выглядели как новые.
В день свадьбы я приехала к ресторану заранее.
Ресторан «Лазурное» сиял огнями.
Парковка была заполнена иномарками, стоимость которых превышала цену моей квартиры.
Гости выходили из автомобилей — уверенные мужчины, женщины в мехах и шелках.
Я чувствовала себя самозванкой, проникшей на чужой праздник.
Алексей встречал гостей у входа.
В своем дорогом голубом костюме он выглядел чужим.
Взрослый, строгий, отполированный мужчина.
Рядом стояла Ольга — фарфоровая кукла с холодными глазами.
Я подошла, протягивая конверт с деньгами — все, что удалось собрать. — Поздравляю, родные мои.
Леша мельком посмотрел на меня, сунул конверт во внутренний карман, даже не глянув содержимое. — Привет, мам.
Выглядишь нормально, сойдет.
Проходи, тебя проводят.
Стол номер восемь.
Он сразу же отвернулся к полному мужчине, выходившему из джипа: «Игорь Анатольевич!
Какая честь!» Зал был огромен.
Хрустальные люстры, живые орхидеи, живая музыка.
Меня провели мимо центральных столов, где сидели родители Ольги, их родственники и важные гости.
Стол номер восемь разместился в самом углу, за колонной.
