— А ты играй со своей куклой! — сердито выругался брат, обращаясь к сестре. — Жадина, да и только.
— А моя кукла всё равно лучше, смотри! — девочка выхватила из сумочки изысканную стройную куклу с длинными косами. — У неё даже сумочка есть, да ещё и браслеты, и собачка! — тихо спросил Владимир у мамы, когда брат с сестрой, забрав свои подарки, скрылись в его комнате: — Мам, почему им бабушка подарила нормальные вещи, а мне опять только карамельки?
— Сынок, они ведь младше, да и папа у них ушёл, — объяснила Ольга, хотя сама в душе чувствовала тревогу.
Ситуация действительно выглядела не лучшим образом.
Ольга хлопотала на кухне, завершая последние приготовления. — Инна, — мягко позвал старший брат, выставляя на стол посуду. — Иди помоги Ольге, пока я тут занят.
В такой вечер лишние руки на кухне не помешают. — Я? Помогать? — удивлённо вздернула курносый носик Нина и невольно коснулась белоснежных локонов, зафиксированных кучей лака. — Я же гостья, да ещё и травму психологическую имею!
— От меня муж ушёл! — — Так отвлеклась бы, — уже менее уверенно промолвил старший брат. — Вот ещё!
— Я только вчера маникюр сделала!
— И потом, если я платье чем-то запачкаю, потом в пятнах сидеть придётся.
— Я лучше тихонько праздновать начну, чтобы никому не мешать.
Аня взяла бутылку игристого и щедро наливала полный бокал. — Колбаска — просто бомба.
— Где берёте? — спросила гостья, подцепляя длинными ногтями кусочек копчёной колбасы с тарелки. — Кроличья, фермер какой-то возит Олегу на работу излишки.
— Вкусно тебе? — с ехидством поинтересовался брат, глядя, как на нарезке появляются пустые места. — Ааа-а-а! — раздался детский крик. — Нина, глянь, похоже, твои опять что-то делят, — выглянула Ольга из кухни.
— Ой, да они всегда что-нибудь выясняют.
— Наверное, опять одна и та же машинка или кукла понадобилась, — отмахнулась уже заметно расслабившаяся гостья. — Сергей, разберись, — подмигнула жена мужу, понимая, что шум в детской не утихнет. — Паша, Лена!
— Не шалите и много сладкого не ешьте!
— И мандарины тоже! — решила строго предупредить мать двойняшек. — А вот и индейка! — объявила Ольга, вынося блюдо с потрясающим ароматом. — Пора садиться ужинать.
Девушка с грустью окинула стол, изрядно потрёпанный золовкой.
Не дождавшись боя курантов, она уже успела поковыряться во всех блюдах. — О! Птичка! — воскликнула Нина, заметив индейку, ловко оторвала ножку и тут же положила её в свою тарелку. — Сергей, зови детей к столу, а то у меня руки грязные, — приказала гостья, снова наполняя бокал.
— Ты вообще видела, чем у тебя дети занимаются? — кричала свекровь в трубку. — Нет, — честно призналась Ольга. — Я на кухне весь Новый год провела.
Первое января началось не самым радостным образом.
Людмила Алексеевна решила устроить снохе разнос по горячим следам праздника. — Да стой там, где стоишь, но за детьми надо смотреть.
— Зачем ты мандарины на стол поставила?
— Кто тебя просил?
— Теперь Тамаре все праздники с двойняшками дома сидеть. — Так почему же она сама не присматривает за детьми, особенно если знает про их аллергию на цитрусовые? — Ольга не намеревалась молчать. — Она же рядом сидела, пока они мандарины ели.
— Ты с больной головы на здоровую валишь.
— Кто в доме хозяин?
— Почему она должна кого-то присматривать? — Может, потому что она мать этих детей?! — возмущалась Ольга.
— Да посмотри сама!
— Виновата, а ещё и кричит! — негодовала трубка. — А что Паша крышу у новой машины проломил, тоже Тамара виновата, а ты ничего не видела?
Ольга видела и, признаться, наблюдала за этой сценой с тайным удовольствием.
В этот момент она даже простила племяннику разбитую за полчаса до этого елочную игрушку и порванную наволочку.
— Ребёнок решил, что подаренные вами Владимиру карамельки лучше всего перевозить в грузовой машине, вот и сломал крышу, делая грузовик, — нарочно упомянула Ольга карамельки, рассчитывая на растерянность свекрови.
Но та была непреклонна. — Значит так, с тебя новая пожарная машина, и не смей покупать дешевле той, что была у Паши, — заявила свекровь и положила трубку.
Весь год Ольга и Михаил с содроганием вспоминали тот праздник. — В этом году твоя сестрица пусть хоть горько плачет, но к нам не придёт!
Ольга была полна решимости. — Ладно бы она хоть помогала готовить.
— А то сидит, как царица полей и огородов, она, мол, в гости зашла.
— А я — лошадь ломовая.
— Сама справлюсь. — Никакая ты не лошадь, а очень красивая женщина, — нежно обнял Миша жену. — Обещаю, в этом году гостей у нас не будет…
— Ольга, имей совесть.
— Из-за твоих капризов дети и Нина без праздника останутся, — сердито вещала свекровь.
