Она стояла в дверном проёме — без чемодана, в промокшем пальто, с глазами, покрасневшими от слёз. — Впустишь? — спросила она.
Она крепко сжала в руках ту самую чашку с уже остывшим чаем.
Я молчал в ожидании. — Он… — начала она, но замялась. — Он кажется идеальным.
С первого взгляда.
Я не произнёс ни слова. — Он слушает, но не воспринимает по-настоящему.
Его комплименты звучали, словно заученный приём из учебника по пикапу.
Он запоминал цвет моей помады, но не учитывал, что я боюсь темноты.
Её голос задрожал: — Ещё… он не умеет молчать.
Когда я была грустной, он сразу же предлагал решение.
Когда же мне хотелось просто побыть в тишине, он заполнял её разговорами.
Она подняла взгляд: — Я поняла одну вещь.
Идеальность — это не про безупречные манеры.
Это про то, как человек смотрит на тебя, когда ты плачешь.
Как он принимает твои недостатки.
Как он помнит, что ты любишь чай с имбирём, даже если это не в моде. — Ты помнишь, — тихо сказала она, — как я однажды пролила кофе на отчёт, и ты вместо упрёков сказал: «Главное, что ты цела»?
Он бы никогда так не поступил.
Он бы просто купил новый отчёт.
Я взял её за руку.
Она была холодной. — Прости, — сказал я. — Я забыл, как важно просто находиться рядом. — А я забыла, — ответила она. — Забыла, что любовь — это не поиск лучшего, а решение остаться.
Что было дальше? Мы не стали притворяться, что ничего не произошло.
