В решающий момент все взгляды обратились к старому врачу, который тихо произнёс: — Дайте ему шанс.
Сергей подробно объяснил родителям: новое лекарство и дорогостоящая операция — единственный путь спасти Наташу.
Он говорил с такой твёрдостью, что Тамара Ивановна согласилась практически сразу.
Михаил Павлович распродал машину, технику и всё ценное, что только было под рукой, чтобы собрать нужную сумму. — Лучше лишиться вещей, чем потерять её, — произнёс он, вытирая слёзы.
Поглаживая больного, истощённого пса Грома, он добавил: — Ты тоже держись, парень… Ты же её друг… Операция состоялась, но результата не принесла.
Сергей сорвал перчатки, стараясь скрыть слёзы.
Он не желал, чтобы кто-то видел его уязвимость — взрослого, сильного мужчину, который плачет в углу.
Всё оказалось напрасным… Родители утратили последнюю надежду.
Деньги закончились, и они готовились отключить аппараты.
Идя по коридору, опираясь друг на друга, словно два старика, лишённые смысла жизни, Михаил прошептал: — Я дома оставил таблетки.
— Не ругайся… Вряд ли вернусь после этого, — ответил он. — И я знаю.
Но пусть хотя бы Гром сможет увидеть её.
Нельзя умирать в одиночестве… Однако Кузнецов не сдался.
Он был готов продать всё, занять, оформить кредит — лишь бы дать Наташе шанс.
Он ждал родителей, чтобы убедить их продолжить борьбу.
Когда Сергей вошёл в палату, там творилось нечто невероятное.
Наташа лежала с открытыми глазами.
Возле неё возбуждённо прыгал Гром, визжа от радости.
Она тихо произнесла: — Гром… Я слышала тебя… Привет… Все замерли.
Мониторы начали показывать слабые, но живые сигналы.
Сергей застыл на пороге.
За ним вбежала сестра, затем охранник, а вскоре все, кто гонялся за псом по больнице, собрались у дверей.
Наташа начала выздоравливать.
Гром поправлялся, ел за двоих, снова стал жизнерадостным и шумным.
Тамара Ивановна не знала, плакать ей или смеяться от счастья.
Сергей ухаживал за пациенткой — и как врач, и как человек, влюблённый всей душой.
Он дарил цветы, приносил еду, которую сам же и готовил.
Однажды Наташа попробовала его салат и улыбнулась: — Вы серьёзно не открываете ресторан?
Я бы взяла вас на работу!
Хотя… может, я готовлю лучше? — Возможно, — рассмеялся Сергей. — Но ты всё равно меня любишь.
Он сделал ей предложение.
Она ответила «да».
Они целовались, а Гром, радостно усмехаясь, пытался вклиниться между ними со своими влажными, счастливыми поцелуями.
