— Смогу.
Она поверила. Потому что хотела верить.
—
Елена Викторовна приехала через две недели. Она была вежливой, тактичной, не лезла с советами. Но Ирина видела, как она смотрит на Дениса. Как поджимает губы, когда Ирина говорит что-то о ремонте. Как молча переставляет вещи на кухне, чтобы «было удобнее». Как по вечерам долго сидит с сыном на кухне и о чём-то шепчется.
— Она скоро уедет? — спросила Ирина через месяц.
— Скоро, — ответил Денис, не глядя на неё.
— Когда?
— Не дави на меня, пожалуйста. Ей трудно. Она одна. Отец редко бывает дома. Ей нужно побыть с семьёй.
— А я? — спросила Ирина. — Мне не нужно побыть с семьёй? Мне не нужно, чтобы у нас с тобой было своё пространство?
— У нас и так есть своё пространство.
— Правда? Потому что я чувствую, что его нет. Я чувствую, что я здесь лишняя. Что вы с мамой обсуждаете что-то без меня. Что она решает, как нам жить. Что ты слушаешь её, а не меня.
— Ирина, прекрати. Ты накручиваешь себя.
— Я не накручиваю. Я вижу. Ты стал другим. Ты перестал со мной советоваться. Ты начал принимать решения, даже не спрашивая меня. Вчера я хотела обсудить поездку на выходные, а ты сказал, что мама не хочет ехать. Причём тут твоя мама, Денис? Мы с тобой едем или она?
— Не начинай, — голос Дениса стал жёстче. — Ты просто не хочешь идти на компромисс. Ты привыкла, что всё должно быть по-твоему.
— Я? — Ирина почувствовала, как внутри закипает. — Это я привыкла, чтобы всё было по-моему? А кто два месяца уговаривал меня переставить мебель, потому что маме так удобнее? Кто отменил нашу поездку в горы, потому что мама боится, что мы разобьёмся? Кто сказал, что мы не будем покупать ту квартиру, потому что мама считает, что район плохой? Это я привыкла всё решать сама?
Денис замолчал. Он смотрел на неё, и в его глазах было что-то, что Ирина не могла прочитать. Обида? Злость? Разочарование?
— Ты не понимаешь, — сказал он наконец. — Ты не понимаешь, что для меня значит мама.
— Понимаю, — тихо ответила Ирина. — Для тебя она значит всё. А я — ничего. Как и в прошлый раз.
Она развернулась и ушла в спальню. Захлопнула дверь. Села на кровать и долго смотрела в одну точку. В голове крутились мысли, которые она не могла остановить. Она снова оказалась там же, где и год назад. В чужой квартире, с мужчиной, который выбирает не её.
—
Елена Викторовна уехала через три дня. Но между Ириной и Денисом что-то сломалось. Та трещина, которая появилась в тот вечер, не затянулась, а только расширялась. Денис стал отстранённым, молчаливым. Он перестал спрашивать её мнение, перестал строить планы, перестал смотреть в глаза.
— Что с тобой? — спросила Ирина.
— Ничего, — ответил он.
— Ты меня разлюбил?
— Не говори глупостей.
— Тогда что? Ты жалеешь, что женился на мне? Ты думаешь, что мама была права?
— Не было бы мамы, ты бы всё равно нашла повод. Ты просто не умеешь быть счастливой.
Ирина посмотрела на него долгим взглядом. В её груди что-то оборвалось. Не больно, а тихо, как падает последний лист с дерева.
