Год пролетел незаметно. Ирина работала, встречалась с подругами, ездила в отпуск. Жизнь налаживалась. Она почти забыла о прошлом. Почти.
Однажды в субботу она зашла в кафе выпить кофе. Устроилась у окна, взяла круассан, открыла книгу. И тут на стул напротив сел мужчина. Незнакомый, лет тридцати пяти, с внимательными глазами и лёгкой улыбкой.
— Простите, места больше нет, — сказал он. — Можно к вам?
— Конечно, — ответила Ирина.
Они разговорились. Его звали Денис. Он работал архитектором, любил горы, читал те же книги, что и она. Говорил спокойно, без надрыва, смотрел прямо в глаза, не отводил взгляд. Ирина почувствовала, как внутри что-то оттаивает. То, что она считала замёрзшим навсегда.
Они встретились ещё раз. Потом ещё. Потом начали встречаться. Денис был не таким, как Андрей. Он не проверял её, не критиковал, не требовал. Он просто был рядом. Тихо, надёжно, без лишних слов.
Через полгода он сделал ей предложение. Не пафосное, не громкое. Просто встал на одно колено в парке, когда они гуляли вечером, и сказал:
— Ирина, я не обещаю, что буду идеальным. Но я обещаю, что никогда не скажу тебе, что мама была права.
Она рассмеялась. И заплакала. И сказала «да».
—
Свадьба была скромной — только близкие. Мама плакала от счастья, сестра Оксана, которая уже успела сменить цвет волос ещё два раза, крутилась перед камерой. Ирина смотрела на Дениса и чувствовала, что наконец-то всё правильно. Что этот мужчина — её.
Первые месяцы были похожи на сказку. Они жили в его квартире, но он не давал ей почувствовать себя гостьей. Он советовался, спрашивал, предлагал. Вместе выбирали шторы, вместе покупали посуду, вместе планировали будущее. Ирина думала, что так будет всегда.
Но однажды, вернувшись с работы, она застала его на кухне. Он сидел за столом, сжимая в руках телефон, и лицо у него было какое-то странное — растерянное, испуганное.
— Что случилось? — спросила она.
— Мама звонила, — сказал он. — Она хочет приехать. Пожить у нас. На время.
— На какое время?
— Не знаю. Говорит, что соскучилась. Что отец в командировке, она одна. Что хочет помочь нам по хозяйству.
Ирина почувствовала, как внутри зашевелилось что-то тревожное.
— А ты что сказал?
— Сказал, что подумаю. Ирина, она же моя мать. Я не могу ей отказать.
— Я не прошу отказывать. Я просто хочу понять — насколько это надолго? Надолго ли она хочет погостить?
— Не знаю. Мы не обсуждали.
Она замолчала. В голове крутились слова, которые она не хотела произносить вслух. Но они рвались наружу, как вода сквозь треснувшую плотину.
— Денис, — сказала она наконец. — Я не хочу повторять прошлое. Я не хочу, чтобы в нашем доме было три человека. Я не хочу, чтобы кто-то проверял, чисто ли я помыла посуду. Я не хочу слышать, как твоя мама говорит тебе: «Я же говорила». Я через это уже проходила. И больше не пройду.
— Ирина, она не такая. Она добрая. Она…
— Я знаю, что она добрая. Я знаю, что она хорошая. Но я знаю и другое: когда в семье появляется третий человек, двое перестают быть парой. Они становятся родственниками. А я хочу быть женой, а не невесткой.
Денис молчал. Он смотрел на неё, и в его глазах было что-то, что она уже видела однажды. Растерянность. Страх. Желание угодить всем, но невозможность этого сделать.
— Я попробую с ней поговорить, — сказал он. — Объясню, что нам нужно своё пространство. Что она может приезжать в гости, но не жить с нами.
— Ты сможешь ей это сказать? — спросила Ирина. — Сможешь не прогнуться?
